Итоги саммита БРИКС в Нью-Дели 2026: африканское измерение
Дарья Зеленова, заведующая Центром изучения африканской стратегии БРИКС Института Африки РАН
Максим Гришенькин, младший научный сотрудник Центра изучения африканской стратегии БРИКС Института Африки РАН
Расширение не лишило БРИКС способности находить общий знаменатель, а африканские интересы всё заметнее входят в коллективную повестку объединения. Однако прочность этого консенсуса не следует переоценивать. Он наиболее устойчив там, где участники могут договориться об общих принципах.
Заметно увеличившееся африканское представительство в БРИКС стало важным сигналом интереса африканских государств к формированию новой незападоцентричной мировой архитектуры и их готовности продвигать собственную повестку развития. На саммите в Нью-Дели присутствовали лидеры Эфиопии, Египта и ЮАР – трёх африканских членов БРИКС; Уганда и Нигерия, имеющие статус стран-партнёров, были представлены вице-президентами.
Дух Бандунга и солидарность стран Глобального Юга
Единение идей и подходов африканских государств с более широкой повесткой Глобального Юга было сформулировано в символически значимом пункте 16 Нью-Делийской декларации, в котором все участники БРИКС апеллируют к наследию Бандунга: «Мы напоминаем об Азиатско-африканской конференции 1955 года в Бандунге (Индонезия), провозгласившей общие принципы, включая равенство, независимость, невмешательство и взаимную выгоду. Мы подчёркиваем, что дух Бандунга служит ориентиром в стремлении к более справедливой, инклюзивной и репрезентативной многосторонней системе». Это напоминание, безусловно, не случайно.
Как справедливо отмечалось в одном из валдайских докладов, на конференции в Бандунге в 1955 году собрались разнородные страны, находившиеся в процессе деколонизации и труднейшей национальной консолидации, которые тем не менее смогли выступать на международной арене с единых позиций. История объединения участников с разными культурами в обстановке нестабильности, причиной которой была холодная война, воспроизводится и сегодня в новом измерении. Так, в Нью-Делийской декларации Глобальный Юг единодушно осудил односторонние санкции и политику манипулирования и давления, проводимую США. Выработка единых позиций по конфликтным сюжетам показывает, что потенциал солидарности расширенного БРИКС сохраняется.
Нью-Делийская декларация призвала к «максимальной сдержанности» на Ближнем Востоке и в Западной Азии, подтвердила право палестинцев на государственность, зафиксировала озабоченность положением Судана и суверенитетом Ливана. К конфликтным темам были отнесены политика давления и санкций США. В декларации прямо осуждается «односторонний образ мышления» – санкции и блокады, лишающие людей продовольствия, электричества и лекарств, примером чего названа блокада Кубы. Характерно, что эту позицию министр иностранных дел ЮАР Рональд Ламола оценивает как прямое воплощение духа Бандунга: разрешение международных споров «диалогом, а не войной», что является требованием Хартии свободы 1955 года – документа, принятого в год Бандунгской конференции.
Главный вопрос, который волнует представителей Африканского континента, насколько объединение способно инкорпорировать африканские ценности и практические задачи развития в новую усложняющуюся повестку? В данном контексте показательны позиция и оценки ЮАР как африканского якоря БРИКС. Сразу после саммита министр Ламола выпустил текст, в котором оценил его итоги. После майской встречи министров иностранных дел БРИКС, когда расхождения по Ирану и Ближнему Востоку не позволили согласовать совместное заявление, принятие всеми одиннадцатью членами Нью-Делийской декларации из 140 пунктов выглядело особенно показательным. Ламола трактовал это как свидетельство сохранившейся способности объединения к согласованному действию – то есть как ответ на главный внешний упрёк в адрес расширенного БРИКС.
Содержательно министр выделил три сюжета, фиксирующие успех солидарности Глобального Юга в БРИКС.
Первый – реформа институтов глобального управления. Наиболее заметным африканским требованием остаётся реформа Совета Безопасности ООН в соответствии с консенсусом Эзулвини, который предусматривает предоставление Африке двух постоянных мест со всеми полномочиями нынешних постоянных членов, включая право вето, и пяти непостоянных мест. Нью-Делийская декларация вновь поддержала реформу Совбеза и прямо признала «законные устремления африканских стран», закреплённые в консенсусе Эзулвини и Сиртской декларации.
Однако африканское измерение реформы глобального управления этим не исчерпывается. Документ выступает за расширение представительства развивающихся государств в международных финансовых институтах, перераспределение квот и голосов в МВФ и Всемирном банке, а также реформу Всемирной торговой организации (ВТО). В последнем случае общая установка получила и вполне конкретное выражение: БРИКС прямо поддержал вступление Эфиопии в ВТО.
Второй сюжет – способность участников найти общий знаменатель по наиболее чувствительным международным конфликтам. Как отмечал Ламола, саммит не обошёл вопросы, которые ещё на подготовительном этапе препятствовали достижению консенсуса. Несмотря на различие национальных позиций, как уже было отмечено выше, декларация закрепила общий призыв к «сдержанности» на Ближнем Востоке и в Западной Азии, уважению суверенитета и международного права, а также зафиксировала согласованные позиции по палестинскому вопросу, Судану, Ливану и односторонним санкциям.
Третий сюжет – конвертация расширения за счёт присоединения новых членов и партнёров в осязаемые экономические результаты. Особенно этот вопрос актуален при сохраняющейся асимметрии торговли внутри БРИКС: при её более чем десятикратном росте за два десятилетия и объёме товарного экспорта в 1,17 триллиона долларов структура обменов смещена в пользу крупнейших экономик объединения. На этом фоне в Нью-Делийской декларации особое внимание уделено расширению расчётов в национальных валютах и роли Нового банка развития – одного из наиболее развитых институциональных механизмов БРИКС.
Отдельное внимание было уделено теме критически важных минералов. В Нью-Дели президент ЮАР Сирил Рамапоса вновь призвал направлять инвестиции не только в добычу критически важных минералов, но и в их обогащение и переработку, производство батарей и электромобилей, инфраструктуру и формирование собственных производственных компетенций. Нью-Делийская декларация закрепила принцип, согласно которому их освоение должно способствовать созданию добавленной стоимости, более справедливому распределению выгод и экономической диверсификации стран, богатых ресурсами. Как отметил Ламола, «путь к “зелёному” будущему будет вымощен минералами африканской земли, однако это будущее не должно воспроизводить прежние модели разграбления и сырьевого вывоза». Все лидеры БРИКС поддержали право ресурсообеспеченных стран на политическое пространство для создания добавленной стоимости и на суверенитет над недрами.
Египет и Эфиопия, несмотря на сравнительно недавнее вступление в БРИКС, уже активно включились в его профильные направления и продвигают собственные инициативы, связанные прежде всего с задачами развития. Для Эфиопии особенно чувствительна проблема уязвимости сельского хозяйства к засухам и другим стихийным бедствиям. Аддис-Абеба предложила подключить новых членов к Спутниковой группировке дистанционного зондирования Земли БРИКС, расширить обмен данными и подготовку специалистов для мониторинга сельскохозяйственных земель, природных ресурсов и чрезвычайных ситуаций.
Египет сделал упор на промышленную кооперацию, передачу технологий и поддержку малого и среднего бизнеса. Одновременно Каир выдвигал на первый план близкую ему тему возвращения незаконно вывезенных культурных ценностей, предложив усилить в рамках БРИКС механизмы их репатриации в страны происхождения.
При всех различиях в национальных приоритетах у африканских участников обнаруживается и общая логика – стремление использовать возможности БРИКС для решения собственных задач развития и для укрепления экономического суверенитета Африки. На саммите эту логику особенно ясно сформулировал премьер-министр Эфиопии Абий Ахмед: капитал, технологии и рынки стран БРИКС должны быть сопряжены с ресурсным потенциалом Африки так, чтобы большая часть добавленной стоимости создавалась на самом континенте. Эфиопский премьер связал эту задачу прежде всего с критически важными минералами, возобновляемой энергетикой и развитием промышленности. Президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси на саммите сместил фокус к прикладному измерению той же задачи – конкретным проектам и программам, привлечению инвестиций, повышению производительности и сокращению технологических разрывов.
Африканские партнёры БРИКС не остались в стороне, хотя конкретных инициатив предложено не было, что связано скорее с их гибридным статусом, чем с потенциалом. Вице-президент Нигерии Кашим Шеттима в своей речи продвигал свою страну как главную точку входа на африканский рынок через Африканскую континентальную зону свободной торговли, сделав акцент на инвестициях, инфраструктуре, промышленности, энергетике и цифровых технологиях и необходимости развивать локальные цепочки поставок и переработку сырья. Вице-президент Уганды Джессика Алупо зачитала послание президента Йовери Мусевени, лейтмотивом которого стал призыв использовать БРИКС не только для укрепления многополярности, но и для повышения благосостояния стран Глобального Юга. При этом подчёркивалось, что наследие колониализма напрямую влияет на экономическую ситуацию на Африканском континенте.
От предложений к решениям
Показательно, что часть африканских предложений, действительно, получила отражение в Нью-Делийской декларации. У Эфиопии наиболее заметным оказалось космическое направление: новая декларация фиксирует подготовку поправок, которые позволят космическим агентствам новых членов присоединиться к Спутниковой группировке дистанционного зондирования Земли БРИКС. Египетские приоритеты закреплены в итоговом документе сразу в нескольких направлениях – от возвращения незаконно вывезенных культурных ценностей до передачи технологий, поддержки малых и средних предприятий и продвижения развивающихся стран к более высоким звеньям глобальных цепочек создания стоимости.
Кроме того, декларация зафиксировала знаковую для ЮАР инициативу – предложение, выдвинутое совместно с Бразилией, создать Международную панель по неравенству. В 2024 году Бразилия в рамках своего председательства в G20 вывела на первый план вопрос международного налогообложения сверхбогатых: по её инициативе обсуждался глобальный минимальный стандарт, при котором миллиардеры ежегодно уплачивали бы не менее 2 процентов своего состояния.
В 2025 году эту повестку взяла на себя ЮАР, уже в рамках собственного председательства в G20. Во время председательства Претории в «двадцатке» группа независимых экспертов подготовила первый специальный доклад по глобальному неравенству, одной из ключевых рекомендаций которого стало создание постоянного международного механизма, который систематически оценивал бы масштабы и причины глобального неравенства, его последствия и эффективность различных способов его сокращения.
Наряду с конкретными интересами отдельных африканских участников Нью-Делийская декларация учитывает и более широкие общеафриканские приоритеты. В документе складывается заметный «африканский контур» – от требований реформы глобального управления и деколонизационной повестки до поддержки общеафриканских кандидатур и роли континента в международных институтах. Так, пункт 11 приветствует резолюцию Генеральной Ассамблеи ООН 80/250, квалифицирующую трансатлантическую работорговлю африканцами и колониальное рабство как тяжелейшие преступления против человечности, и призывает к полной реализации резолюции 79/115 об искоренении колониализма во всех его формах.
Декларация признаёт центральную роль Африканского союза (АС) в предотвращении и урегулировании конфликтов на континенте, поддерживает Эфиопию как единого кандидата АС на дополнительные места в Совете Международной организации гражданской авиации (ИКАО), а также её председательство на COP32. В пункте 113 отмечается Конференция ООН по воде 2026 года, сопредседателем которой является Сенегал вместе с ОАЭ, что фиксирует признание африканской международной роли в этой сфере. Поэтому одновременно через объединение получают дополнительную поддержку и общеафриканские требования – от реформы глобального управления и преодоления колониального наследия до расширения представительства континента в международных институтах.
Вместе с тем следует отметить, что не всё предложенное африканскими участниками вошло в итоговый документ. За его пределами остались предложенные Эфиопией проекты Туристической ярмарки и Центра компетенций БРИКС в сфере туризма, египетская инициатива по созданию зернового и логистического узла в Восточном Порт-Саиде и предложение создать отдельную Сеть БРИКС по искусственному интеллекту. Но общий результат индийского председательства от этого не меняется: часть национальных инициатив проделала путь от профильных встреч до документа, согласованного одиннадцатью государствами – членами БРИКС.
Нью-Дели показал, что расширение не лишило БРИКС способности находить общий знаменатель, а африканские интересы всё заметнее входят в коллективную повестку объединения. Однако прочность этого консенсуса не следует переоценивать. Он наиболее устойчив там, где участники могут договориться об общих принципах – необходимости реформы глобального управления, усилении голоса развивающихся стран или создании большей добавленной стоимости в экономиках производителей сырья. Настоящей проверкой станет способность сохранить это единство там, где общие установки должны превратиться в конкретные обязательства и затронуть расходящиеся национальные интересы.
Международный дискуссионный клуб "Валдай". 21.09.2026
