От грабежа к всеобщему процветанию? БРИКС+, Африка и борьба против неравноправного обмена
Расиган Махарадж, профессор кафедры общественных наук, факультет гуманитарных наук при Техническом университете Цване (ЮАР)
Прошло уже двадцать лет с тех пор, как министры иностранных дел Бразилии, России, Индии и Китая впервые обсудили возможность сотрудничества на полях 61-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке в 2006 году, и семнадцать лет – с момента проведения первого саммита БРИК в России в 2009 году. За прошедшие два десятилетия произошли значительные изменения в международном разделении труда и геополитических отношениях, лежащих в основе мироустройства.
Хотя нынешний формат БРИКС+ пока не занимает центрального места в международных отношениях, само существование этого добровольного объединения стало важным противовесом гегемонии «коллективного Запада», сложившейся после Второй мировой войны – и особенно после окончания первой холодной войны и распада Союза Советских Социалистических Республик в конце 1991 года. Возрастающая значимость БРИКС+ находит отражение в оценке Совета по международным отношениям (США) – организации, чья заявленная миссия состоит в том, чтобы «формировать подходы США к взаимодействию с миром». В Совете отмечают: «За последние два десятилетия группа БРИКС превратилась в крупную политическую силу, стремящуюся создать противовес западному влиянию в глобальных институтах».
Впрочем, подобное признание со стороны лидера «коллективного Запада» меркнет на фоне того интереса, который проявляют страны мирового большинства (Глобальный Юг и незападный мир) к сотрудничеству с БРИКС+ и даже к присоединению к группе. По данным председательствующей в цикле саммитов 2026 года Индии, в БРИКС+ входят 11 полноправных членов и 10 стран-партнёров. Индийская телеведущая Гита Мохан отметила в одной из своих программ, что «в очереди на вступление стоят более тридцати государств, а всего интерес к присоединению проявили свыше пятидесяти стран».
Южная Африка стала первым африканским государством, вошедшим в состав БРИКС+ в 2010 году; в 2024 году к объединению присоединились Египет и Эфиопия. В 2025 году статус стран-партнёров получили Нигерия и Уганда, а правительство Ганы приняло решение подать официальную заявку на вступление 6 октября 2026 года.
Согласно демографическим данным ООН от 2026 года, в пяти африканских странах, уже связанных с БРИКС+, проживает более 410 миллионов человек – это немногим более четверти от общей численности населения континента, составляющей 1,59 миллиарда человек. Однако за этими количественными показателями скрываются существенные качественные различия в уровне жизни. Все африканские страны, связанные с БРИКС+, в разное время добились национального освобождения от колониального господства и имперского подчинения – за исключением Эфиопии, которая никогда не была колонией.
Египет получил формальную независимость в 1922 году, Гана – в 1957-м, Нигерия – в 1960-м, а Уганда – в 1962 году; в Южной Африке же первые всеобщие выборы, в которых приняли участие все граждане, состоялись лишь в 1994 году. Каждое из этих шести государств реализовывало собственные программы развития, причём некоторые даже пробовали идти по некапиталистическому пути. Несмотря на столь разный исторический опыт, наблюдается значительные расхождения в уровне доходов на душу населения, а неравенство продолжает влиять на фактическое распределение благ.
По данным Международного валютного фонда, доход на душу населения составляет: в Эфиопии – 1,13 тысячи долларов США, в Египте – 4,02 тысячи долларов, в Гане – 3,6 тысячи долларов, в Нигерии – 1,59 тысячи долларов, в Уганде – 1,45 тысячи долларов. В Южной Африке этот показатель составляет 7,66 тысячи долларов США в текущих ценах. По данным Всемирного банка, индекс Джини по доходам в Эфиопии составляет 0,311 (2021), в Египте – 0,285 (2021), в Гане – 0,435 (2016), в Нигерии – 0,339 (2022), а в Уганде – 0,382 (2023). При этом Южная Африка остаётся страной с самым высоким уровнем неравенства в мире – её показатель составляет 0,541 (2022).
Согласно данным Всемирной организации здравоохранения, ожидаемая продолжительность жизни при рождении в Эфиопии составляет 68,7 года, из которых 59,6 года – в добром здравии; в Египте – 71,9 года (61,6 года в добром здравии); в Гане – 67,7 года (58,7 года в добром здравии); в Нигерии – 62,9 года (54,1 года в добром здравии). В Южной Африке ожидаемая продолжительность жизни при рождении составляет 66 лет, из которых 56,2 года человек проживает без серьёзных заболеваний или инвалидности.
Как отмечается в недавней заявке Ганы на присоединение к БРИКС+, участие в группе рассматривается в качестве возможности «диверсифицировать международные партнёрства страны и создать дополнительные условия для торговли, инвестиций и экономического сотрудничества». Подобные стремления характерны для всех африканских стран, связанных с БРИКС+: как для полноправных членов (ЮАР, Египта и Эфиопии), так и для стран-партнёров (Нигерии и Уганды). Все они используют своё положение в рамках БРИКС+ для расширения экономических и политических связей с миром. Открывающиеся возможности позволяют не только решать национальные проблемы, но и выходить за рамки исторически сложившихся международных отношений, которые зачастую способствовали сохранению и воспроизводству неравноправного обмена в постколониальный и неоколониальный периоды.
Африканские страны в совокупности представляют собой эпицентр отсталости: здесь сосредоточено наибольшее число наименее развитых стран (НРС), и именно этот регион является ядром «периферии» в системе мирового хозяйства. Тем не менее, несмотря на устойчивость сложившейся политической экономии, Африка обладает самым молодым населением на планете. Согласно данным Программы ООН по окружающей среде (ЮНЕП), «на долю Африки приходится около 30 процентов мировых запасов полезных ископаемых, 8 процентов мировых запасов природного газа и 12 процентов мировых запасов нефти. Континент располагает 40 процентами мировых запасов золота и до 90 процентов запасов хрома и платины. Крупнейшие в мире месторождения кобальта, алмазов, платины и урана находятся в Африке. Здесь сосредоточено 65 процентов мировых пахотных земель и 10 процентов возобновляемых источников пресной воды».
Однако столетия колониального и империалистического присвоения ресурсов, их добычи и эксплуатации так и не привели к реальному повышению качества жизни большинства африканцев. Выгоды от использования природных богатств Африки в значительной степени присваиваются транснациональными элитами и местными компрадорскими группами, в то время как подавляющее большинство населения континента сталкивается с хронической безработицей, бедностью и неравенством. Африканское измерение БРИКС+ должно гарантировать, что инициативы группы чётко дистанцированы от отвратительных проявлений постколониализма и неоколониализма – практик, которые вели не к созданию общего процветания для всех, а к разграблению континента.
Россия и все партнёры, которых связывает общая история солидарности, сотрудничества и взаимодействия, должны использовать имеющийся прогрессивный потенциал и принять меры для устранения негативных явлений. Это требует добросовестности и честности на всех уровнях – в контактах между людьми, правительствами и государствами. При этом многополярность должна стать ключевым механизмом обеспечения безопасности. Несмотря на то что вопросы, связанные с многополярностью, требуют определённой осторожности, они должны быть устойчивой характеристикой инициатив развития БРИКС+.
Противоречия, присущие политической экономии Соединённых Штатов, определяют и те политические позиции, которые эта страна декларирует и продвигает. При этом нынешняя администрация США демонстрирует воинственный настрой, стремясь сохранить свою гегемонию. По мере того как материальная основа американского психологического влияния разрушается, а репутация страны падает, на первый план выходят откровенный расизм и высокомерие. Государства – члены и партнёры БРИКС+ могут извлечь значительную выгоду из солидарности, которую даёт это добровольное объединение, и использовать открывающиеся позитивные возможности для реализации своих национальных устремлений без ущерба для других стран.
Членам и партнёрам БРИКС+ следует уделить больше внимания мониторингу прогресса (особенно учитывая «реальную» инфляцию – постоянное увеличение объёма итоговых деклараций саммитов). Эта работа должна включать как оценку достигнутых результатов, так и обмен накопленным опытом. В интересах консолидации объединения, возможно, имеет смысл ограничить его количественный рост и сосредоточиться на качественном развитии – таком, которое будет ощутимо и для населения каждой из стран-участниц, и для группы в целом.
Конфликты также требуют внимания; опыт показывает, что решения, направленные на устранение коренных причин проблем, наиболее перспективны для достижения устойчивого мира. Использование связей как внутри континента, так и между всеми странами БРИКС+ способствует укреплению доверия и позволяет более уверенно противостоять бывшим колониальным державам и их неоколониальным режимам, основанным на патримониализме.
Продолжающийся геноцид в Палестине, незаконная война против Ирана, а также затяжные конфликты в Демократической Республике Конго и Судане имеют много общих черт, характеристик и участников. Объединение БРИКС+ не должно допускать нормализации подобных преступлений против человечности. Необходимо предпринимать решительные шаги, чтобы остановить нынешние зверства и исключить возможность возникновения новых очагов напряжённости в будущем.
Поскольку страны БРИКС+ унаследовали множество проблем, в возникновении которых они зачастую не были повинны, это открывает перед объединением роль потенциального глобального поставщика решений. Чтобы эффективно справиться с этой масштабной задачей, необходимо серьёзно относиться к коллективным целям и обязательствам – тем более что 18-й саммит БРИКС проходил под девизом «Укрепление устойчивости, инновации, сотрудничество и стабильность».
Материал подготовлен специально к IV Российско-африканской конференции.
Международный дискуссионный клуб "Валдай". 19.11.2026

