Вьетнам в Центральной Азии: от сырьевых сделок к системным инвестициям
Евгений Власов, к.полит.н., проректор по международным отношениям, директор Восточного института ДВФУ
Марина Дмитриева, к.полит.н., заместитель директора Восточного института по науке и инновациям, доцент кафедры международных отношений ДВФУ
Центральная Азия как новый рынок для азиатских инвесторов
Центральная Азия постепенно утрачивает имидж сырьевой периферии. Страны региона, стремясь повысить свою привлекательность для международного капитала, активизируют внутренние реформы и наращивают взаимодействие с инвесторами и международными институтами. Вводятся налоговые стимулы, упрощаются административные процедуры, создаются специальные экономические зоны и развиваются институциональные платформы. Так, в феврале 2025 г. президент Узбекистана подписал постановление о создании свободной экономической зоны (СЭЗ) «Ипак йули»; в мае 2025 г. в Казахстане появилась новая СЭЗ «Коркыт Ата»; в июле 2025 г. на Иссык-Куле в Кыргызстане была учреждена специальная финансово-инвестиционная зона «Тамчы». В Узбекистане иностранные инвесторы на три года освобождены от налога на дивиденды по акциям, а для прямых инвесторов в агросекторе введены дополнительные льготы. В Казахстане для приоритетных инвестпроектов действует «зеленый коридор», а также запущены «золотые визы» для иностранцев, вложивших не менее 300 тыс. долл. в уставный капитал местных компаний. Кроме того, республики создают совместные предприятия, логистические хабы и торговые площадки с унифицированными стандартами (например, Международный центр промышленной кооперации «Центральная Азия» Казахстана и Узбекистана) для более системного инвестиционного сотрудничества.
Эти усилия уже приносят определенные результаты: если прежде капитал направлялся преимущественно в сырьевой сектор, то сегодня наблюдается сдвиг в сторону диверсифицированной инвестиционной модели. В числе приоритетов — обрабатывающая промышленность, энергетика (включая ВИЭ), транспорт, логистика и агропромышленный комплекс.
Крупнейшими инвесторами региона традиционно остаются Китай, Россия, страны Персидского залива, США, ЕС, Турция и Индия. Однако все более заметен интерес и со стороны новых игроков. Особого внимания в этом ряду заслуживает появление вьетнамского капитала — пока еще не столь масштабное, но весьма показательное с точки зрения меняющейся экономической географии Азии.
Вьетнам: от торгового партнера к инвестору
В последние годы сотрудничество Вьетнама со странами Центральной Азии заметно активизировалось. В 2025 г. Казахстан и Вьетнам вышли на уровень стратегического партнерства, обозначив в совместном заявлении приоритетные направления взаимодействия: торговля, инвестиции, финансы, взаимодействие в рамках ЕАЭС, транспорт, энергетика, ВИЭ, горнодобыча и цифровизация. Стороны договорились улучшить инвестиционный и деловой климат и рассмотреть возможность подписания нового Соглашения о поощрении и защите инвестиций, а также Совместного плана действий по развитию торгово-экономического сотрудничества
В мае 2025 г. состоялся Государственный визит Генерального секретаря ЦК компартии Вьетнама То Лама в Казахстан, в рамках которого был организован Казахстанско-Вьетнамский деловой круглый стол с участием официальных лиц, представителей бизнеса и государственных структур двух стран. В ходе мероприятия были определены приоритетные направления для развития двусторонних отношений, а также практические условия для запуска инвестпроектов: налоговые и таможенные преференции, доступ к инфраструктуре, заключение инвестиционных соглашений. Акцент сделан на проектах с высокой степенью локализации и экспортным потенциалом. Перспективы открываются и в авиационной отрасли: на круглом столе было заключено соглашение между Qazaq Air и VietJet о запуске совместного бренда VietJet Qazaqstan. Заместитель министра иностранных дел Алибек Куантыров подчеркнул, что Казахстан может служить входной точкой для Вьетнама на рынки Центральной Азии, ЕАЭС и Евросоюза.
С 2024 г. между Казахстаном и Вьетнамом действует безвизовый режим, налажено прямое авиасообщение, а вьетнамские курорты стали одним из популярных направлений для казахстанских туристов. В ответ президент Казахстана предложил изучить направления внутри страны, которые могли бы заинтересовать вьетнамских путешественников.
В марте 2025 г. состоялся первый с момента установления дипломатических отношений официальный визит председателя кабинета министров Кыргызской Республики Адылбека Касымалиева во Вьетнам. Ключевым итогом стало подписание ряда двусторонних документов, охватывающих экономику, торговлю, культуру и образование. Особое внимание уделялось привлечению вьетнамских инвестиций и совместным бизнес-проектам. Также по результатам встречи с вьетнамским бизнес-сообществом подписан ряд меморандумов о сотрудничестве. Согласно совместному заявлению, стороны договорились рассмотреть возможность создания Межправительственного комитета по экономическому и торговому сотрудничеству
В апреле 2026 г. Кыргызстан и Вьетнам утвердили проект Соглашения об устранении двойного налогообложения и предотвращении уклонения от уплаты налогов. Подписание состоится после завершения внутренних процедур в обеих странах. Соглашение рассматривается как инструмент стимулирования прямых вьетнамских инвестиций и создания более благоприятных условий для предпринимателей.
С Узбекистаном сотрудничество строится вокруг торговли, инвестиций, энергетики, промышленности, транспорта, сельского хозяйства, текстиля, образования и туризма. В апреле 2025 г. состоялся первый с момента установления дипломатических отношений визит председателя Национального собрания Вьетнама. Стороны согласились сосредоточиться на укреплении обмена информацией о политике и рынках, создании благоприятных условий для предприятий обеих стран и развитии сотрудничества в энергетике и нефтегазе — особенно в контексте необходимости диверсификации инвестиционных партнеров.
Тогда же был подписан План практических мероприятий по развитию торгово-экономического сотрудничества на 2025–2026 гг., предусматривающий проведение восьмого заседания Узбекско-Вьетнамской Межправительственной комиссии по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству. В ходе встречи с президентом Ш. Мирзиеевым достигнута договоренность о подготовке комплексной программы промышленной кооперации в энергетике, геологии, нефтехимии, электротехнике, текстильной и аграрной отраслях.
В отличие от других республик региона, сотрудничество Вьетнама с Таджикистаном и Туркменистаном пока не обрело столь же системного характера. С Душанбе потенциальные проекты пока в основном находятся на стадии предварительных договоренностей. В отношениях с Ашхабадом сдерживающими факторами двустороннего сотрудничества, вероятно, выступают ограниченная транспортная связанность, особенности доступа иностранных инвесторов на национальный рынок и отсутствие устойчивой сети деловых контактов.
Вьетнам начинает рассматривать Центральную Азию как перспективное направление внешнеэкономической диверсификации. Для Ханоя регион привлекателен по нескольким причинам: это пространство между Европой и Азией, рынок с растущим спросом на инфраструктуру, территория энергетического перехода и одновременно площадка для укрепления связей с ЕАЭС и Евразией в целом. В отличие от крупных держав, которые выстраивают особые форматы взаимодействия с пятью государствами региона, Ханой в настоящее время развивает сотрудничество преимущественно на двусторонней основе. Таким образом, Центральная Азия по-прежнему воспринимается Вьетнамом не столько как единый политический и экономический регион, сколько как совокупность национальных рынков с различными инвестиционными возможностями.
ROX Group как кейс
Наиболее показательным примером результатов межгосударственного сотрудничества стала деятельность ROX Group — одного из крупных частных многопрофильных холдингов Вьетнама. Основанная в 1996 г., компания инвестирует в энергетику, девелопмент, финансы, инфраструктуру и гостиничный бизнес, реализовав более 100 проектов в 12 странах; зарубежные инвестиции холдинга превышают три млрд долл.
ROX Group продвигает проекты в Кыргызстане, Узбекистане и Казахстане, причем ее интересы не ограничиваются одной отраслью. В Кыргызстане это — девелопмент, городская инфраструктура и крупный проект солнечной энергетики на Иссык-Куле. В Узбекистане заявлен интерес к строительству многофункциональных жилых комплексов в Ташкенте и Бухаре. В Казахстане ROX Group рассматривает возможности в сфере ВИЭ, промышленной и туристической инфраструктуры, а также финансовых услуг.
В Кыргызстане компания реализует несколько крупных инициатив. Прежде всего, это солнечная электростанция на Иссык-Куле. Как указывает Национальное инвестиционное агентство республики, проект ROX Energy Global предполагает поэтапное строительство объектов общей мощностью 1900 МВт при объеме инвестиций около 1,4 млрд долл., выработке до 3,5 млрд кВт·ч в год и создании новых рабочих мест. Первая очередь была запущена в июне 2026 г. Инвестиционное соглашение предусматривает передачу объекта в собственность государства через 25 лет эксплуатации. До этого момента ROX Group направляет 1% доходов от продажи электроэнергии в бюджет айыльного аймака Тору-Айгыр — Тамчы на социальное развитие. На этапе строительства компания выплатила 321 млн сомов налогов; прогнозируемые ежегодные поступления после полного запуска оцениваются в 2,1 млрд сомов. В 2025 г. ROX Group подписала меморандум о сотрудничестве в изучении и строительстве солнечных электростанций мощностью до 1000 МВт в Таджикистане.
В январе 2026 г. после реставрации исторического здания «Айпери» в центре Бишкека открылся Rox Center — современное креативное пространство для компаний, реализующих проекты ROX Group в Кыргызстане. К ним относятся местная проектная компания RCA Living LLC, созданная ROX Group совместно с TNG Global Foundation, энергетическое подразделение ROX Energy Global и международное девелоперское направление ROX Living Global. В марте 2025 г. RCA Living начала закладку фундамента первого комплексного городского района в Кыргызстане. С объемом инвестиций до 3–3,5 млрд долл. Royal Central Park на 53,5 гектара становится крупнейшим объектом такого рода в республике.
В июне 2026 г. глава Национального агентства по виртуальным активам и блокчейн-технологиям (НАВА) Фархат Иминов встретился с основателем ROX Group Чан Ань Туаном. Вьетнамская сторона высоко оценила четкую законодательную базу страны-партнера в этой сфере, отметив, что динамика развития крипторынка в Кыргызстане вызывает предметный интерес и может стать полезным кейсом для формирования аналогичного рынка во Вьетнаме.
В Узбекистане ROX Group подписала меморандум с Министерством инвестиций, промышленности и торговли о развитии многофункциональных жилых комплексов в Ташкенте и Бухаре. Также 17 июня 2026 г. в рамках V Ташкентского международного инвестиционного форума было подписано трехстороннее инвестиционное соглашение между Министерством, хокимиятом Бухарской области и ROX Group. Документ предусматривает реализацию двух проектов общей стоимостью два млрд долл. по строительству современных городских комплексов в Бухарской области — с бизнес-центрами, жилыми массивами, социальными и инфраструктурными объектами, благоустроенными общественными пространствами.
В Казахстане ROX Group заявила о заинтересованности в проектах в сфере ВИЭ, включая крупные энергетические объекты. Она также рассматривает участие в развитии промышленной и туристической инфраструктуры и проявляет интерес к банковско-финансовому сектору.
Значение ROX Group определяется не только объемами заявленных инвестиций. Компания демонстрирует, что вьетнамский бизнес приходит в Центральную Азию не для точечных торговых операций, а через долгосрочные проекты, связанные с землей, инфраструктурой, энергетикой и городской средой. Это принципиально иной уровень вовлеченности, требующий политических гарантий, институционального сопровождения и устойчивого спроса со стороны принимающих государств.
Помимо ROX Group, в Центральную Азию начинает заходить и другой вьетнамский гигант — Vingroup. В 2025 г. был подписан меморандум о взаимопонимании с Министерством инвестиций, промышленности и торговли Узбекистана, направленный на реализацию мультисекторных проектов в сферах градостроительства, устойчивого транспорта, туризма и инфраструктуры отдыха. В 2026 г. стало известно, что Vingroup планирует выход на рынок Казахстана: дочерняя структура производителя электромобилей VinFast — сервис такси Green SM — уже начала работу, а вслед за ней ожидается подразделение VinEnergo, занимающееся зеленой энергетикой.
Роль соглашения ЕАЭС — Вьетнам
Особое место в этой картине занимает соглашение о свободной торговле между ЕАЭС и Вьетнамом. Оно создало важный институциональный фон для развития торговли с Казахстаном и Кыргызстаном и закрепило Вьетнам как одного из ключевых азиатских партнеров Евразийского экономического союза. Однако было бы упрощением объяснять инвестиции ROX Group исключительно действием зоны свободной торговли. Девелопмент, городская инфраструктура и энергетика зависят не столько от тарифных преференций, сколько от инвестиционного климата, готовности принимающих государств сопровождать проекты, наличия земельных и инфраструктурных решений, платежеспособного спроса и политического сигнала о долгосрочном сотрудничестве.
Поэтому вьетнамское присутствие в Центральной Азии следует рассматривать шире, чем торговый эффект соглашения ЕАЭС — Вьетнам. ЗСТ стала одним из каналов институционального сближения, однако нынешний этап характеризуется переходом от торговли к инвестиционному присутствию. Речь идет не только о торговле товарами, но и об участии в создании городской, энергетической и транспортной инфраструктуры региона.
***
Вьетнам — не единственная страна Юго-Восточной Азии, проявляющая интерес к Центральной Азии. Активизировали сотрудничество на этом направлении Малайзия, Индонезия и Таиланд. Республики Центральной Азии со своей стороны приветствуют эту тенденцию. Заслуживает внимания инициатива Туркменистана о создании диалога «Центральная Азия + АСЕАН». Сообщается, что Филиппины и Туркменистан уже приступили к подготовке конкретных предложений по институционализации этого формата, который призван связать два региона сетью транспортных коридоров и энергетических маршрутов. В отличие от сложившихся сырьевых проектов (например, деятельность малайзийской PETRONAS в нефтегазовом секторе Туркменистана), вьетнамские компании развивают более диверсифицированное присутствие, охватывающее возобновляемую энергетику, девелопмент, городскую инфраструктуру и финансовые услуги. Их активность одновременно распространяется на несколько государств региона, хотя сотрудничество по-прежнему выстраивается преимущественно на двусторонней основе.
Для России эта тенденция имеет двойственное значение. С одной стороны, усиление стран Юго-Восточной Азии в Центральной Азии повышает конкуренцию за инфраструктурные, энергетические и промышленные проекты. С другой — открывает возможности для сопряжения форматов ЕАЭС, двусторонних механизмов с Вьетнамом и более широкой логики Большого евразийского партнерства. Российский интерес может заключаться не в ограничении присутствия новых азиатских игроков, а во встраивании их в совместные логистические, промышленные и финансовые контуры. В этом смысле вьетнамскую активность в Центральной Азии следует рассматриваться не как вызов российским позициям, а как дополнительный аргумент в пользу более гибкой евразийской архитектуры сотрудничества.
РСМД. 16.07.2026
