Кредит без доверия: Россия недовольна работой банка БРИКС

Владислав Петров, Семен Бойков

Россия выразила недовольство методами работы Нового банка развития (НБР) БРИКС в условиях санкций. Москву не устраивают некоторые элементы бизнес-практики финансового института, заявил «Известиям» замглавы МИД РФ Сергей Рябков. В 2022 году НБР официально объявил о приостановке операций в России. При этом дипломат подчеркнул, что банк остается стратегически важным партнером. Эксперты уверены, что на других платформах БРИКС необходимо продумать защиту от аналогичных рисков. Например, сейчас в стадии активной проработки находится проект Товарной биржи.

Какие претензии у России к НБР

Новый банк развития (НБР) создавался в 2014 году странами БРИКС как альтернатива Всемирному банку и МВФ. Россия внесла в уставный капитал $2 млрд и имеет равную долю в управлении. До начала СВО банк активно одобрял кредиты для РФ, но с введением западных санкций приостановил операции в России. Для Москвы это стало неожиданностью: финансовый институт, созданный с ее участием для противодействия экономическому давлению Запада, сам же применил ограничения.

— Нас не устраивают некоторые элементы той бизнес-практики, которой придерживается Новый банк развития, но сам по себе институт очень важен и ценен, и у него есть глубокий фундаментальный опыт работы, в том числе на российском направлении, — заявил «Известиям» заместитель министра иностранных дел РФ Сергей Рябков.

Из-за проблем с НБР заморожен ряд российских инициатив, например, крупнейший инфраструктурный проект на $460 млн для цифровизации судебной системы РФ. Приостановлена модернизация очистных сооружений и водоканалов в городах на Волге с бюджетом в $320 млн. На неопределенный срок отложено обновление логистических узлов и гражданского флота РФ.

Возможно, со временем будут реализованы другие инициативы вместе с НБР: сотрудничество не заканчивается исключительно на финансировании проектов, отметила в беседе с «Известиями» советник директора департамента статистики Банка России Елена Мельникова.

— Просто нужно найти работоспособную схему, которая позволила бы и в нынешних условиях противозаконного санкционного прессинга обеспечивать нормальную реализацию таких проектов, — добавил Сергей Рябков.

Чтобы исключить в будущем риски аналогичных блокировок, нужно сформировать суверенную модель расчетов в цифровом формате, считает специалист в области международных отношений НИУ ВШЭ Анастасия Гаврилова. Эксперт подчеркнула: если средства физически не пересекают границы, то иностранные государства теряют возможность заблокировать или арестовать такие переводы. Cтоит плотнее заняться развитием платежной системы BRICS Pay и интегрировать туда национальные цифровые валюты, включая рубль и юань.

Ускорить запуск альтернативных платежных механизмов поможет Товарная биржа БРИКС, отмечают эксперты. На днях Минэкономразвития РФ объявило о готовности ее концептуальной модели — план работы по ней утвердят до 1 июля.

Экономическая устойчивость перед санкционным напором стала ключевой темой и на встрече советников по нацбезопасности стран БРИКС, которая прошла 23 июня в Нью-Дели с участием Сергея Шойгу.

Атомная платформа БРИКС

Впрочем, ситуация с ограничениями даже где-то стимулирует участников БРИКС быстрее переходить на прямые схемы расчетов. Заморозка банковского кредитования через НБР не остановила развитие крупных совместных проектов и научных программ в рамках объединения. К примеру, на платформе по атомной энергетике БРИКС уже разрабатывают механизмы, чтобы исключить повторение истории с НБР.

— Одна из рабочих групп Атомной платформы БРИКС занимается финансовыми инструментами. После того как Всемирный банк объявил о поддержке проектов в атомной энергетике, мы увидели, что многие финансовые институты стали более открыты к финансированию ядерных проектов. Пока у нас нет какого-то конкретного плана, однако мы взаимодействуем с такими институтами и изучаем возможности финансирования проектов в странах объединения, — рассказала «Известиям» главный координатор Атомной платформы БРИКС Элзи Пуле.

Справка "Известий"

Атомная платформа БРИКС — это добровольное объединение ведущих компаний и институтов стран БРИКС, созданное для развития ядерных технологий. Главная цель — координировать научные исследования и формировать единые стандарты в атомной сфере, независимые от западных лицензий.

Главным преимуществом БРИКС в атомной сфере остается полная технологическая автономия. В частности, Россия и КНР обладают технологиями полного цикла — от добычи урана до утилизации отходов. РФ удерживает около 40% мирового рынка обогащения урана, из-за чего даже США зависят от этих поставок и не вводят эмбарго.

Но, несмотря на развитие независимых инструментов внутри БРИКС, пока всё решают двусторонние соглашения лидеров, подчеркнул профессор Финансового университета при правительстве РФ Сергей Толкачев. Пример — АЭС «Аккую», строящаяся на основе личных договоренностей Владимира Путина и Реджепа Тайипа Эрдогана. Турция защищает проект «Росатома», так как станция покроет 10% ее потребностей в энергии. Однако Анкара балансирует между РФ и Западом. При сильном давлении стран НАТО Турция теоретически может пересмотреть условия проекта.

Заменит ли НБР МВФ

Всё же для активного развития всех крупных проектов БРИКС финансовые структуры объединения нужно выводить на новый уровень или создавать новые. Тот же НБР не может стать полноценной альтернативой МВФ, отметил Толкачев. По его словам, объем операций несравнимо ниже, а степень распространенности и надежности в международных и национальных кругах у этого банка намного меньше. Кредитный потенциал МВФ составляет около $1 трлн. Только одной Аргентине с 2018 по 2026 год выделили более $60 млрд. А общий портфель НБР БРИКС достиг всего $40 млрд.

— В том виде, в каком НБР был создан, он не может функционировать физически из-за угрозы санкций, и ничего с этим поделать нельзя. В БРИКС сейчас в целом усложнилась система принятия решений из-за расширения участников, поэтому продвигать там кардинально новые проекты будет сложнее, — добавил член экспертного совета БРИКС Василий Кашин.

Толкачев подчеркнул, что технических проблем с возобновлением работы НБР в РФ нет: ограничения лежат в плоскости политики и вторичных санкций. Главным препятствием он называет прагматичную позицию Китая и Индии. Хотя эти страны управляют НБР с Россией на равных условиях, их собственный бизнес критически зависит от американского и европейского рынков.

Товарооборот Китая с ЕС по итогам 2025 года достиг $828 млрд, а с США — почти $560 млрд. При этом объем торговли с Россией, несмотря на исторические рекорды, в разы меньше — около $228 млрд. Пекин не готов рисковать большими рынками сбыта ради поддержки отдельных финансовых проектов. А индийский бизнес исторически сильно зависит от американского ИТ-рынка и западных инвестиций. Нью-Дели занимает подчеркнуто нейтральную позицию: охотно покупает российскую нефть со скидкой, но отказывается подставлять под удар свои ключевые банки и государственные фонды.

В итоге БРИКС необходимо скорректировать архитектуру сотрудничества. Для Москвы ситуация с НБР закрыла иллюзии о быстрой замене МВФ и подтвердила, что главным щитом остается собственное технологическое лидерство, а не коллективные фонды. Теперь эффективность объединения зависит от того, удастся ли странам запустить суверенные цифровые расчеты и защитить ключевые проекты двусторонними гарантиями лидеров.

Известия. 25.06.2026