В институте РАН оценили перспективы экономики России на горизонте 30 лет

Екатерина Виноградова, Инна Деготькова


Если экономика России пойдет по инерционному сценарию, в 2040–2050-х годах ее рост едва превысит 1% в год, прогнозируют в институте РАН. Там рассчитали, какую прибавку способны дать темпам роста новые технологии в различных сферах.

При инерционном сценарии развития экономики России среднегодовые темпы прироста ВВП могут снизиться почти с 2% в 2021–2025 годах до 1,2% в 2041–2050 годах. Об этом говорится в статье директора Института народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН Александра Широва, с которой ознакомился РБК.

«Такие темпы, особенно в условиях внешнеэкономических ограничений, не позволят сохранить конкурентоспособность российской экономики», — констатирует автор. Ускорить эти темпы до 3,4% в год в теории способны меры макроэкономической политики и ряд технологических нововведений.

Что может обеспечить долгосрочный рост

Согласно инерционному сценарию Широва в 2026–2030 годах среднегодовой темп прироста экономики замедлится до 1,7%, а в 2031–2040 годах — до 1,6%. Его обеспечат такие факторы, как рост капитала, совокупной факторной производительности (показатель, который отражает увеличение эффективности вследствие технологического прогресса и качества институтов. — РБК) и цен на нефть.

В целом инерционный сценарий предполагает сохранение на прогнозном периоде существующей структуры российской экономики, а также более низкий, чем в среднем за 2000–2019 годы, вклад технологического прогресса в рост ВВП. Кроме того, в его рамках закладываются негативные демографические тенденции, влекущие за собой нарастание ограничений со стороны труда, которые не вполне компенсируются ростом производительности.

Эксперт выделяет два возможных фактора ускорения экономической динамики относительно инерционного сценария.

  • Изменение макроэкономической политики.

Возможности по увеличению темпов роста ВВП средствами регулярной макроэкономической политики (речь в первую очередь о бюджетной политике) ограничены, пишет Широв. В кратко- и среднесрочной перспективе они могут обеспечить лишь до 0,3 п.п. дополнительного роста ВВП в 2022–2040 годах. Это связано с ограничениями по наращиванию уровня государственного долга и относительной узостью каналов перераспределения государственных средств в экономике. Влияние денежно-кредитной политики будет иметь скорее нейтральный характер, полагает экономист.

  • Использование новых технологий.

Применение новых технологий выступает ключевым направлением наращивания потенциала экономического роста, говорится в статье. Повышение темпов роста способно произойти как за счет снижения зависимости от импорта и нормализации его доли на внутреннем рынке, так и за счет роста эффективности (увеличения добавленной стоимости на единицу использованных в производстве первичных ресурсов). «Основная задача научно-технологического развития в ближайшие два десятилетия состоит в усложнении российской экономики и повышении роли страны в мировом разделении труда», — утверждает Широв.

Эксперт оценил потенциальный вклад в рост ВВП отдельных технологий. Так, наиболее перспективным, по его мнению, является развитие общественного транспорта и совместно используемых автомобилей (оно способно ускорить экономику на 0,46 п.п. в год). Новые технологии в металлургии потенциально придадут ВВП России импульс в 0,25 п.п., а развитие композиционных материалов в автомобильной промышленности и строительстве — 0,21 п.п.

«Умное» сельское хозяйство способно принести ВВП страны 0,17 п.п., использование электромобилей — 0,15 п.п., цифровизация — еще 0,09 п.п. В совокупности технологические факторы могут увеличить темпы экономического роста на 1,4 п.п. ежегодно, говорится в статье.

Таким образом, в совокупности меры макроэкономической политики и технологическое развитие могут ускорить экономический рост на 1,7 п.п., до 3,4% ежегодно в период с 2022 по 2040 год, рассчитал Широв.

Почему инерция наиболее вероятна

В августе эксперты Центра макроэкономического анализа и прогнозирования (ЦМАКП) называли инерционный сценарий экономического развития наиболее вероятным для России, писал РБК. В данном сценарии власти признают, что уровень нестабильности экономической и внешнеполитической ситуации настолько высок, что реализовать сколько-нибудь целостную политику развития невозможно: ситуация будет меняться быстрее, чем может быть получен разумный результат, говорилось в их исследовании.

Все, что можно сделать, — это поддерживать макроэкономическую и финансовую стабильность, обеспечивать устойчивое финансирование бюджетных обязательств, реализовывать наиболее очевидные и ограниченные по срокам инвестиционные проекты. «Результатом такой политики в качественно новых условиях может стать затяжная стагнация с экономической динамикой порядка 1,5% в год, с постепенно нарастающим отставанием в сферах технологий, уровне и качестве жизни, национальной безопасности», — предупреждали в ЦМАКПе.

Факторы, которые помогали расти последние лет 50–60 большинству промышленно развитых экономик, такие как естественный прирост населения, урбанизация, освоение и использование природных ресурсов, в основном исчерпались, констатирует директор группы суверенных и региональных рейтингов АКРА Дмитрий Куликов.

Инерционные сценарии для России обычно содержали оценки потенциала в диапазоне 0,5–1,5 п.п. в год на 20–30-летнем горизонте, однако сейчас на повестке дня еще и дополнительные сложности. Среди них, например, снижение возможностей по участию в мировом разделении труда, ограничение доступа к импортным технологиям. «Это важные факторы, потому что исторически они помогают конвергенции к странам — лидерам по благосостоянию, а без них страны обычно теряют в относительном благосостоянии», — объясняет Куликов.

С прогнозом ИНП РАН до 2025 года, в котором ожидаются темпы среднегодового экономического роста до 2% ВВП, соглашается заместитель директора института «Центр развития» НИУ ВШЭ Валерий Миронов, однако более долгосрочные оценки, по его мнению, занижены.

«Санкции устроены так, что при высоких ценах на нефтегаз и наличии валютной выручки Россия не имеет возможности покупать оборудование, эксклюзивно производимое в недружественных странах. Хоть объем такого высокотехнологичного импорта и невелик (около $10 млрд в год), для экономики России он важен. В этом году эффект от нехватки импортного оборудования будет мягким (растущая сфера ремонта поддерживает его работу). Если же не будут налажены поставки, то проблемы в 2023 и 2024 годах могут быть ощутимыми и среднегодовые темпы роста до 2025 года будут меньше 2% (и это при благоприятном сценарии, в котором экономика перейдет к росту во второй половине следующего года)», — отмечает эксперт.

Что касается более далеких перспектив, то даже в инерционном сценарии среднегодовые темпы роста в 1,6% в 2031–2040 годах и 1,2% в 2041–2050 годах выглядят низкими, считает Миронов. По его оценке, в прогнозировании на десятилетия вперед нужно ориентироваться на долгосрочные экономические тренды и не поддаваться панике. «В любом случае сейчас нет достаточной информации, чтобы корректировать прогнозы», — замечает он.

По оценке Миронова, с 2030 по 2040 год такая развивающаяся экономика, как Россия, должна расти среднегодовыми темпами не менее 2,5% ВВП, исходя из измерений совокупной факторной производительности (total factor productivity, TFP). В частности, благодаря цифровизации производственных процессов российская экономика сможет наращивать рабочую силу в других секторах, что будет вносить вклад в экономический рост.

Десять лет назад Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) в докладе «Видение 2060 года: долгосрочные перспективы мирового роста» прогнозировала для России среднегодовой темп роста 3% в 2011–2030 годах и 1,3% в 2031–2060 годах.

ЦБ в апрельском докладе писал (.pdf), что в предстоящие годы экономический выпуск в России сократится, в частности «из-за потери эффективности и добавленной стоимости в результате частичного переключения на альтернативный, менее технологичный, менее качественный и более дорогой импорт и вынужденное импортозамещение». «Что касается будущих темпов роста потенциального ВВП, то однозначно судить о том, ускорятся они или замедлятся, пока нельзя», — полагали в ЦБ.

РБК. 04.10.2022

Читайте также: