Приднестровье на фоне политических перемен в Молдавии

Андрей Сафонов, политолог (Приднестровье)


В Тирасполе на днях прошла коллегия Министерства иностранных дел Приднестровья. В ее работе участвовал и президент Приднестровской Молдавской республики (непризнанной ПМР. – «НГ») Вадим Красносельский. И это понятно. Давно республика на Днестре не оказывалась в столь непростом положении, связанном с политическими переменами в Молдавии.

С одной стороны, в Молдавии по итогам президентских выборов 2020 года главой государства стала однозначно ориентированная на Запад и Румынию Майя Санду. После этого приднестровцы насторожились. С другой стороны, неясно, каким станет молдавский парламент в случае досрочных выборов, которые могут состояться уже в текущем году. Но, возможно, депутаты не захотят новой избирательной кампании. В четверг стало известно, что молдавский парламент не утвердил правительство Натальи Гаврилицы, предложенной в премьеры Майей Санду. И неизвестно, что дальше. Между тем с правительством Молдавии приднестровцам так или иначе приходится взаимодействовать в экономической и иных сферах.

В то же время президент Санду ведет свою игру. По мнению большинства экспертов, суть ее в следующем: предлагая состав нового правительства, она рассчитывала на то, что его отклонят, а после вторичного отклонения президент может распустить парламент и назначить новые выборы корпуса законодателей. При таком раскладе о стабильности придется забыть, а риск всевозможных политических авантюр вырастет.

Впрочем, министр иностранных дел ПМР Виталий Игнатьев в своем выступлении на коллегии, как сообщает официальный сайт президента ПМР, обратил внимание на трижды сменившееся представительство Молдавии, а также напомнил о более чем скромном количестве состоявшихся встреч делегаций Приднестровья и Молдовы: одна – на высшем уровне, две – политпредставителей сторон, 26 заседаний экспертных (рабочих) групп и ни одной встречи в формате «5+2» (Молдавия, Приднестровье – стороны, Россия, Украина, ОБСЕ – посредники, ЕС и США – наблюдатели) – впервые за 10 лет. Не было в 2020 году и ставшей традиционной неформальной баварской конференции. В этих условиях активизировалась практика так называемой челночной дипломатии: состоялось семь встреч министра иностранных дел ПМР с главой миссии ОБСЕ в Молдавии, трижды в течение года посещал Приднестровье и дважды участвовал в видеоконференциях спецпредставитель председателя ОБСЕ. При этом Кишинев блокировал решение вопросов переговорной повестки, параллельно вводя все новые ограничения для граждан ПМР. «Молдавская сторона делает все возможное, чтобы разрушить переговорный механизм, нивелировать любые формы адекватного взаимодействия и взаимного доверия с главной целью – максимально затянуть процесс урегулирования конфликта в стремлении максимально долго продолжать паразитировать на международной поддержке», – отметил Игнатьев.

Словом, вести переговоры нужно, но со стороны официального Кишинева конструктивный настрой не слишком просматривается. Можно предположить, что прозападных и прорумынских политиков вдохновил приход к власти в Вашингтоне Джо Байдена.

Беспокойство приднестровцев вызывает также то, что Зона безопасности на Днестре вновь стала больным местом в отношениях Кишинева и Тирасполя.

Вадим Красносельский на коллегии МИДа обозначил основные моменты для сегодняшнего диалога с Кишиневом. Так, он «напомнил о событиях лета 2019 года, когда было сорвано подписание итогового документа в Братиславе, отметив, что целью этого саботажа была ликвидация переговорной площадки в виде формата «5+2», выталкивание Приднестровья из равноправного диалога и, как следствие, решение судьбы ПМР без учета мнения приднестровцев».

Впрочем, он направил в конце прошлого года письмо молдавской коллеге Майе Санду с предложением «уйти от агрессии и идти по пути мирного решения насущных вопросов». Президент сказал, что его призыв «был услышан». Теперь остается ждать, каковы будут конкретные шаги Кишинева.

А шаги эти внушают тревогу. Продолжаются попытки парализовать работу Объединенной контрольной комиссии (ОКК), призванной наблюдать за обстановкой в Зоне безопасности. Сопредседатель ОКК Олег Беляков заявил, что «молдавская сторона пытается увести работу ОКК в сторону. Уйти от тех вопросов, которые прописаны в регламенте и соглашении 1992 года. Причина только одна: политизировать работу Объединенной контрольной комиссии, предлагая вопросы, которые должны обсуждаться на других переговорных площадках, в рамках взаимодействия соответствующих органов государственной власти Республики Молдова и Приднестровской Молдавской республики».

Это – активизация старой кишиневской тактики: вывести Тирасполь на разговор о включении Приднестровья в состав унитарной Молдавии. А вот на международном уровне Кишинев старается и будет стараться говорить о Приднестровье без участия самого Приднестровья. Такой вариант Тирасполю не подходит.

Другое направление работы политиков Молдавии – поссорить Приднестровье и Украину. Сейчас, если тщательно проанализировать открытые источники, приходишь к выводу, что одно из основных направлений таких действий – добиться от Украины запрета на передвижение по украинской территории машин с приднестровскими номерами. Это первая ласточка.

Киев понимает суть этой игры и старается не попасть в расставленные сети. Ведь Кишинев в случае удачи задумки с номерами останется в стороне, а вопросы со стороны, в частности, приднестровских украинцев будут к Киеву. Надо полагать, что молдавская дипломатия будет стараться вовлечь Украину еще в какие-то свои проекты на приднестровском направлении.

Скорее всего руководство Республики Молдова постарается привлекать как можно больше потенциальных союзников для давления на Москву с целью вывода из Приднестровья Оперативной группы российских войск (ОГРВ) и замены миротворческих сил России на контролируемую Западом ту или иную гражданскую миссию. Это ключевой пункт стратегии всех противников России и Приднестровья: оставить ПМР без физической защиты, принудить к капитуляции, после чего окончательно ликвидировать любые признаки российского влияния на обоих берегах Днестра. В 2021 году вряд ли тут что-то поменяется.

В СМИ и Интернете периодически появляются сведения о намерении США организовать военный союз Молдавии, Украины и Грузии. А также о том, что Молдавия решила войти в антироссийский «санитарный кордон». Не исключено, что Кишинев продолжает использовать тактику информационного давления: идут вбросы, будто Украина нападет на Приднестровье – сама или в дуэте с Кишиневом (и даже при возможной поддержке Румынии). С одной стороны, это все та же попытка вбить мощный клин между Украиной и Приднестровьем. С другой – это неуклюжая попытка надавить на Россию: мол, вот видите, сколько головной боли у Москвы от поддержки приднестровских сепаратистов… Не проще ли Кремлю вывести из ПМР российские войска и занять достойное место в рядах стран цивилизованного сообщества.

На самом деле время диктует Приднестровью необходимость поистине филигранных действий.

Переговоры с Кишиневом вести нужно, несмотря на то, какие силы формируют правительство и парламент Молдавии. Но нужно и закрепить мир на Днестре, а этого, в свою очередь, невозможно добиться без закреплении российского военного присутствия. Другой гарантии мира нет.

Но нужно четко уяснить, что позиция Кишинева о недопустимости участия ПМР в формировании внешней политики «реинтегрированной Молдовы» (которой нет) будет еще больше ужесточаться. Очевидно, что огромные усилия Запада по приводу Майи Санду во власть был направлены на то, чтобы максимально оторвать Молдавии от России и, в частности, подчинить Кишиневу Приднестровье.

В этих условиях Приднестровью необходимо сохранять, закреплять российское военное присутствие на Днестре. При этом доказательно убеждать Украину, что все это никак не направлено против нее, а нужно только лишь для недопущения нападения на Приднестровье со стороны прорумынских националистов.

НГ-Дипкурьер. 14.02.2021

Читайте также: