Мир перемен. 2020. № 3

Мир перемен. 2020. № 3  содержание резюме

СОДЕРЖАНИЕ

Слово к читателю
Р. Гринберг. Сумерки белорусской автократии: уроки для России

Трансформация
З. Захариев. Есть ли шанс у нового социализма в Восточной Европе?
А. Рар. Quo vadis Восток Европы?
А. Ротфельд. Новый европейский политический ландшафт
М. Сиручек. Вторая «Пражская весна»
М. Фюлоп. Возвращение в Европу?
Ф. Мисливец. Розы и тернии европейской интеграции

Дилеммы глобализации
М. Горбачев и др. Пандемия как вызов новому мышлению в ХХI в.
К. Бабкин. Ковид-кризис, мир и мы
Г. Фейгин, А. Гайдук. Плюсы и минусы глобального ИТ-аутсорсинга
А. Мартино. Роль сети университетов БРИКС в геоэкономической стратегии

Экономика
М. Соколов. Что необходимо для выхода российской экономики из кризиса?
Н. Зиядуллаев. ЕАЭС и Республика Узбекистан: фальстарт на пути к интеграции

Социальная сфера
А. Хачатурян. Социальные риски перехода к цифровой экономике
Д. Камари. Почему социальные лифты не работают?
Р. Вольф. Почему капитализм находится в постоянном конфликте с демократией?

Региональные сообщества
Э. Шейнин. Кредитно-банковская политика стран ЦВЕ: пределы автономии
Н. Степанов. Китайская инициатива «Один пояс – один путь»: шансы и риски сопряжения с ЕАЭС
Л. Ходов. 25 лет участия Австрии в Евросоюзе

Памяти Л. Зевина

РЕЗЮМЕ

Р. Гринберг. Сумерки белорусской автократии: уроки для России
Анализируя массовые протесты в Беларуси, автор приходит к выводу: не может национальная идея оправдать диктатуру и всевластие в XXI веке.
З. Захариев. Есть ли шанс у нового социализма в Восточной Европе?
ХХ в. останется в истории двумя переломными историческими событиями. Первое из них – Октябрьская революция 1917 г. в России, ознаменовавшая собой уникальную попытку создания альтернативной модели социальной и политической организации общества и государства. Второе событие связано с переменами в Европе и мире в конце 80-ых и начале 90-ых годов прошлого века, которые, имея революционный характер, в отличие от Октября 1917 г., приняли эволюционную форму. Падение Берлинской стены и «бархатные революции» в Восточной Европе, начатые перестройкой в СССР, за несколько лет перевернули наши представления об устройстве общества и современного мира.
А.Рар Quo vadis Восток Европы?
В Западной Европе еще принято смотреть на страны Восточной Европы как на бедных родственников. Европа в этом смысле еще не «срослась», несмотря на то, что прошло 30 лет со времени падения Берлинской стены. Надменность западноевропейцев неуместна. В экономическом плане государства Восточной Европы уже обогнали такую страну, как Греция. После «корона-кризиса» они экономиче- ски обгонят и страны Южной Европы.
А. Ротфельд. Новый европейский политический ландшафт.
В последний век место Польши на карте Европы изменилось. Границы территории Второй Польской республики, установленные 100 лет назад Версальской мирной конференцией и ходом событий после Первой мировой войны, отличались от границ, определенных для польского суверенного государства странами-победительницами после Второй мировой войны.
М. Сиручек. Вторая «Пражская весна»
«Пражская весна» 1968 г. стала таким же политическим символом, как и Парижская. Я был свидетелем обеих и могу их сопоставить. Политическая реформа, задуманная А. Дубчеком и его сторонниками, пыталась придать социалистической модели в Восточной Европе «человеческое лицо», т.е. сделать коммунистический режим более демократичным. Французская студенческая революция выбрала своим основным лозунгом «Десять лет достаточно!», имея в виду необходимость модернизации французского общества после десятилетнего правления генерала Ш. де Голля. Наиболее радикальные элементы этого массового движения протеста стремились приблизить французский режим к идеализированным социалистическим идеям гарантий большей социальной справедливости.
М. Фюлоп. Возвращение в Европу?
Бурные события 1989 и 1990 гг. создали впечатление апокалипсиса, сопровождавшего распад восточной части Европы на небольшие страны, постоянно конфликтующие между собой. Это атавистическое видение реванша возрожденного национализма сильно омрачило картину окончания «холодной войны» и отодвинуло перспективу объединения Европы. Общее впечатление, создавшееся в Западной Европе, сводилось к тому, что эти народы недостаточно созрели для возможной интеграции в евроатлантические структуры. Европейская идентичность членов Евросоюза контрастировала с возрождением устремлений к обретению государственной независимости стран Восточной Европы, несмотря на безусловно прозападную ориентацию их внешней политики.
Ф. Мисливец. Розы и тернии европейской интеграции
В течение десятилетий до и после Annus Mirabilis («Года чудес») Европа была образцом мирной региональной интеграции. Однако из-за отсутствия общего видения будущего в «старой» и «новой» Европе, а также из-за неожиданных внутренних и внешних вызовов и возросшей глобальной неопределенности «европейская мечта» сменилась общим разочарованием. Остается вопрос, сможет ли Европа, оценивая преобразования последних трех десятилетий, избежать дальнейшей дезинтеграции и вернуть себе роль эталона регионального сотрудничества. Станет ли оно «окном возможностей» для более важной роли, которую могла бы играть Центральная Европа?
М. Горбачев и др. Пандемия как вызов новому мышлению в ХХI в.
На пороге 20-х годов XXI в. стало очевидно, что мир может существенно измениться. Новый вызов вселенского масштаба – пандемия коронавируса – явился полной неожиданностью для народов и правительств. Государства оказались равны в их ограниченной способности противостоять новой глобальной угрозе.
К. Бабкин. Ковид-кризис, мир и мы.
Мир и Россия оказались в многоплановом кризисе. Он не ограничен медицинской и экономической сферами, но включает кризисы социальный, политический, культурный, моральный, демократии и идеологий. Коронавирус стал лишь спусковым крючком. Во всех странах и регионах пытаются понять истоки этого кризиса, по-своему их интерпретировать и формировать новую политику. Что же делать в России?
Г. Фейгин, А. Гайдук. Плюсы и минусы глобального ИТ-аутсорсинга
В эпоху цифровизации большое значение приобретает международное сотрудничество в сфере информационных технологий, среди которых важную роль играет глобальный аутсорсинг информационных услуг. В условиях пандемии COVID-19 дистанционная составляющая хозяйственной деятельности становится все значимее, причем информационные услуги приобретают ключевое значение. На современном этапе принятие решений об использовании глобального аутсорсинга больше зависит не только от интересов и характеристик отдельных компаний, но и от социально-экономических условий, сложившихся в разных странах и регионах.
А. Мартино. Роль сети университетов БРИКС в геоэкономической стратегии.
Сеть университетов БРИКС была создана в 2015 г. министрами образования Бразилии, России, Индии, Китая и Южной Африки. Она определяет стратегическую роль сектора образования и научных исследований в политике устойчивого развития и инклюзивного экономического роста, проводимой государствами – членами объединения в соответствии со «Стратегическим экономическим партнерством БРИКС».
М. Соколов. Что необходимо для выхода российской экономики из кризиса?
Ситуация в экономике России, сложившаяся в результате беспрецедентного падения уровня мировых цен на нефть, осложненная пандемией COVID-19, свидетельствует о том, что необходимо навсегда расстаться с иллюзией восстановления экономического роста страны с помощью нефтегазовых доходов, выступавших драйвером такого роста в последние 20 лет. Необходимы новые, которые смогут направить экономику на инновационный путь развития. Речь идет о снижении налоговой нагрузки на бизнес, отказе от повышения внутренних цен на энер- горесурсы и использовании современных источников пополнения доходов государства, активно применяемых наиболее развитыми странами.
Н. Зиядуллаев. ЕАЭС и Республика Узбекистан: фальстарт на пути к интеграции
Особенности международных внешнеэкономических и интеграционных приоритетов Республики Узбекистан предопределяют ее концептуальные подходы к вступлению в ВТО, диверсификации географии и структуры внешней торговли, а также расширению внешнеторгового сотрудничества с мировыми и региональными державами, странами СНГ и Центральной Азии. Особое внимание при этом уделяется рискам и выстраиванию векторов эффективного взаимодействия с Евразийским экономическим союзом, а также смягчению последствий от пандемии коронавируса на национальную экономику.
А. Хачатурян. Социальные риски перехода к цифровой экономике
С развитием цифровой экономики связаны и социальные угрозы, возникающие на рынке труда. «Цифра» может принести в общественную жизнь и судьбу отдельного работника ряд проблем. Главная из них – в том, что с дальнейшей цифровой трансформацией экономики все больше рабочих мест может оказаться под угрозой исчезновения, а ликвидация старых рабочих мест на этот раз не будет сопровождаться появлением новых. Не исключена и такая ситуация, когда высвобожденные из-за цифровизации работники станут не только безработными, но и вообще неработоспособными. Чем же занять тех, кто не работает, и на что их содержать?
Д. Камари. Почему социальные лифты не работают?
Мировые экономические кризисы и активное внедрение цифровых технологий приводят к деградации трудовых отношений. Типичные для капиталистических стран проблемы между работодателем и работником стали более явными. Среди них непотизм, фаворитизм, эксплуатация и дискриминация. В то же время за последние годы сильно упала популярность профсоюзных организаций. При этом в обществе нет должной культуры и модернизированных институтов власти, стоящих на страже прав и интересов граждан.
Р. Вольф. Почему капитализм находится в постоянном конфликте с демократией?
У экономической системы капитализма всегда были большие проблемы с политикой в обществах с всеобщим избирательным правом. Предвидя это, большинство капиталистов выступали против распространения избирательного права за пределы мира богатых, владеющих капиталом, и долгое время сопротивлялись этому. Только массовое давление снизу вынудило неоднократно расши- рять право голоса до тех пор, пока не было достигнуто всеобщее избирательное право – по крайней мере, юридически. По сей день капиталисты разрабатывают и применяют всевозможные легальные и нелегальные механизмы для ограничения избирательного права. Среди тех, кто стремится к сохранению капитализма, сохраняется глубокий страх перед всеобщим избирательным правом. Д. Трамп и его республиканцы служат тому примером и действуют в соответствии с этим страхом в преддверии выборов 2020 г.
Э. Шейнин. Кредитно-банковская политика стран ЦВЕ: пределы автономии
Кредитно-банковская политика стран ЦВЕ продолжает формироваться в условиях централизации методов регулирования деятельности кредитных организаций Евросоюза (ЕС). Вместе с тем, следуя единой денежно-кредитной политике ЕС, страны ЦВЕ при реализации своих стратегий в области финансов подчеркивают приоритет национальных интересов, прежде всего, достижение стабильности банковской системы как важного фактора экономического роста и повышения уровня благосостояния населения.
Н. Степанов. Китайская инициатива «Один пояс – один путь»: шансы и риски сопряжения с ЕАЭС
Взаимоотношения России и Китая развиваются во многих сферах, в том числе при сопряжении двух инициатив: глобального проекта Китая «Один пояс – один путь» и интеграционной группировки на территории ряда стран постсоветского пространства – Евразийского экономического союза. Конечно, соответствующие процессы протекают не без проблем и ограничений, однако, могут принести значительные выгоды обеим сторонам, прежде всего, дальневосточным регионам РФ. В частности, Приморский край и Владивосток получат возможности, направленные на формирование благоприятной социальной среды.
Л. Ходов. 25 лет участия Австрии в Евросоюзе
Вступление Австрии в ЕС оказало сильное воздействие на ее экономику. Оно способствовало выравниванию хозяйственной конъюнктуры, развитию некоторых отраслей, в том числе высокой технологии. Особенно позитивно оно отразилось на инфраструктуре, превращении бесплодных каменных откосов в горнолыжные курорты, строительстве жилья и туристских объектов. Евроинтеграция привела к расширению научно-исследовательской деятельности, распространению высшего образования. Были и отрицательные последствия: ухудшилась ситуация в сельском хозяйстве, в страну прибыло слишком много иностранных мигрантов, недостаточно квалифицированных.

Читайте также: