«Порошенки приходят и уходят, а народы остаются»

Президент Украины Петр Порошенко считает возможным силовое решение конфликта в Донбассе, чтобы аккумулировать радикально настроенный электорат. Об этом в интервью «Известиям» заявил бывший премьер-министр страны Николай Азаров. Во время беседы политик рассказал о причинах возможного церковного раскола, оценил последствия денонсации договора о дружбе с Россией и пояснил, кто должен принимать решение о векторе на евроинтеграцию и почему эту линию нельзя закреплять в конституции.

— Выступая в Верховной раде, Петр Порошенко заявил, что страна должна сохранить возможности силового решения конфликта к Донбассе. Как это воспринимать? И как бы вы в целом оценили речь украинского президента?

— Любые слова Порошенко сейчас надо рассматривать исключительно в контексте предвыборной кампании. Он пытается спасти свое положение. На кого Порошенко делает ставку? На крайне радикальных и националистически настроенных элементов. По его задумке, посмотрев на избирательное поле, они не должны увидеть там никого, кроме самого Порошенко. Он хочет донести до этой группы, что никто другой не смог бы так рьяно рвать связи с Россией. Он рассчитывает, что эти люди поддержат его силовым путем.

При этом, судя по всему, в его штабе рассматривают и запасные варианты. Если эта часть электората его все же не поддержит и в команде поймут, что сконцентрировать этих людей на Порошенко не получается, заявление о силовом решении конфликта в Донбассе приобретает другой смысл. Тогда его высказывание означает возможность развязать силовое наступление и на этом фоне объявить военное положение в стране. В таких условиях можно и выборы отменить. Сейчас он явно готовит для этого почву.

Обратите внимание, что недавно на линии разграничения побывали военные из США и замминистра обороны Великобритании. Что они там забыли? Какие вопросы безопасности своей страны решал там британский представитель? Великобритания 27 лет не обращала внимания на Украину, а тут заинтересовалась, что же происходит там, на переднем крае. Все это говорит о том, что готовятся разные варианты. А слова о мирном урегулировании — лишь для успокоения. На деле Порошенко хочет устроить силовую зачистку региона, когда для этого созреет момент, а он и его люди будут уверены, что не получат серьезного ответа.

— Речь идет и о необходимости закрепить в конституции Украины вектор на интеграцию с Евросоюзом и НАТО. Кто должен решать этот вопрос — руководство или сами украинцы?

— Безусловно, это должен решать народ Украины на референдуме. Но проблема в том, что у нас в стране к конституции отношение самое наплевательское. Где вы еще найдете государство, в котором за неполных три десятка лет она менялась четыре раза? Фактически каждые пять лет конституция меняется коренным образом. В нее постоянно вносятся какие-то изменения. К тому же где это видано, чтобы в конституции страны указывалось, куда она собирается вступать? Будь то ВТО, Ганзейский союз или НАТО — нельзя такие вещи вписывать в конституцию государства. Вы знаете, что будет через 20 лет с Европейским союзом или НАТО? Я не знаю, и никто не знает. Это никак не продвигает страну на пути присоединения к блокам и организациям, но создает проблемы. Кстати, ответственные лица Евросоюза и НАТО уже заявили, что в ближайшие 10–20 лет никакого вступления Украины в эти структуры не будет. Это такая «забаганка» Порошенко. То есть по-русски — прихоть, которая тоже связана в первую очередь с предстоящими выборами. Ничего общего с реальностью это не имеет.

— Сегодня Киев должен уведомить Москву о денонсации договора о дружбе с Россией. Зачем этот шаг понадобился Украине и какие у него будут последствия?

— В договоре закреплены две краеугольные позиции. Во-первых, признание границ, несмотря на то что, когда договор подписывался, существовали спорные вопросы. Так или иначе этот момент регулировался. А во-вторых, и это чрезвычайно важно, учитывая близость наших народов и стран, договор регулировал права граждан России и Украины, которыми они в равной степени обладали, находясь на территории друг друга. Например, дипломы учителя, врача, инженера и так далее независимо от того, где он был выдан, признавался в соседней стране. Условно, человек жил на Украине, а потом переехал в Россию, сохранив за собой права в плане работы, проживания, ведения бизнеса и даже приобретения собственности. Теперь Порошенко решил это окончательно разрушить.

После разрыва договора у Украины появилось «право» спекулировать на этой теме, в том числе с точки зрения территориальных претензий, а России дало возможность задавать вопросы. Но Порошенко не подумал о 3–4 млн украинцев, которые работают в России — у них же могут появиться проблемы. Разрыв договора означает, что Россия теперь вправе принимать любые решения по отношению к моим соотечественникам, которые живут и работают на ее территории. Конечно, это зависит от позиции российской стороны, но моральное право принимать такие шаги у нее есть. Другое дело, что Порошенки приходят и уходят, а народы остаются.

— Последние месяцы активно обсуждается тема возможного церковного раскола на Украине и предоставления автокефалии Украинской православной церкви. Почему это происходит именно сейчас?

— На самом деле церковная тема всплыла не внезапно. Она начала выходить на повестку с момента «оранжевой революции» 2004 года. Эту проблему Ющенко (экс-президент Украины Виктор Ющенко. — «Известия») поднимал на своих встречах с Константинопольским патриархом. Но в то время в стране существовала мощнейшая оппозиция Ющенко. Вспомните, он был президентом, а мы в 2006–2007 годах возглавляли правительство. Да и в Верховной раде обладали достаточно серьезными возможностями. Патриарх Варфоломей — достаточно осторожный человек. Я сам лично встречался с ним несколько раз.

Кстати, раскол произошел на Украине не по вине канонической Украинской православной церкви. Она, может, и не называется автокефальной, но фактически и так была независимой — все вопросы решает Священный Синод. Московский патриархат не влияет на решение кадровых и финансовых вопросов. Но вместе с тем сохраняется церковная линия между Москвой и Киевом, ведь эта связь выстраивалась столетиями.

Если же смотреть на истоки, то раскол начался еще во времена первого президента Украины Леонида Кравчука. Он был первым националистом, взявшим курс на разрыв связей с Россией, в том числе церковных и экономических. Для Украины это была большая трагедия. Только в 2000-х мы начали восстанавливать утраченное. В 2011 году вышли на товарооборот с Россией в $55 млрд, а украинская экономика — не в последнюю очередь благодаря этому — поднялась. Тогда ВВП вырос почти на $200 млрд. Так что эта тема поднималась разными националистами в различные периоды нашей истории.

Беседовал Алексей Забродин

Известия. 21.09.2018

Читайте также: