Узбекистан открылся Америке

Сергей Строкань, Кирилл Кривошеев, Елена Черненко

Президент Узбекистана Шавкат Мирзиеев совершает первый официальный визит в Вашингтон, кульминацией которого вчера стала его встреча с Дональдом Трампом. Возвращение Ташкента в список приоритетных партнеров США в Центральной Азии происходит на фоне сближения Вашингтона с другим ключевым игроком на постсоветском пространстве — Казахстаном. До узбекского лидера с визитом в США побывал президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, после чего Астана предоставила свои порты на Каспийском море для транзита американских грузов через территории других бывших советских республик в Афганистан. Вовлечение Ташкента и Астаны в орбиту политики США в регионе становится новым вызовом России и Китаю.

Завершающийся сегодня первый официальный визит Шавката Мирзиеева в США обе стороны называют «историческим». В программу визита помимо переговоров с Дональдом Трампом были включены встречи и переговоры в Конгрессе, Пентагоне, Госдепе и Всемирном банке, по итогам которых будет подписан пакет документов в политической, экономической и военно-технической сферах, включая совместное заявление «Узбекистан и Соединенные Штаты Америки: начало новой эры стратегического партнерства».

Дональд Трамп встретил Шавката Мирзиеева на пороге Белого дома. Пожав руки, президенты зашли в здание. Перед началом закрытой части переговоров американский президент охарактеризовал своего гостя как «очень уважаемого человека в своей стране и за ее пределами». Тот, в свою очередь, объявил, что «отношения двух стран поднялись на совершенно новый уровень».

В ходе визита узбекская делегация подписала целый ряд двухсторонних контрактов, в основном в нефтегазовом и агропромышленном секторе. По словам Шавката Мирзиеева, сумма контрактов составила около $5 млрд.

Отметим, что за последние два десятилетия Ташкент успел побывать в роли как ключевого союзника Вашингтона в Центральной Азии, так и «неблагонадежного режима». «Медовый месяц» в отношениях двух стран начался в 2001 году после начала военной операции США и их союзников в Афганистане. На участие Узбекистана в коалиции во главе с США американский Конгресс тогда выделил $100 млн. В свою очередь, узбекский лидер Ислам Каримов предоставил США право разместить на своей территории авиабазу Карши-Ханабад для обеспечения транзита в Афганистан, а позже поддержал действия США в Ираке. Однако после подавления беспорядков в Андижане в 2005 году отношения двух стран испортились. Конгресс США принял поправку, запрещающую погашение американской задолженности Ташкенту за использование базы Карши-Ханабад. В ответ Узбекистан вначале ввел запрет на ночные полеты для американской военной авиации, а затем и вовсе отказался продлить соглашение об аренде базы Карши-Ханабад. С 2012 года отношения двух стран стали восстанавливаться, но медленно.

Между тем ухудшающаяся ситуация вокруг Афганистана, потребовавшая сохранения военного присутствия США, вынуждает нынешнюю администрацию в Белом доме искать новые пути сближения с соседями Кабула по региону — бывшими советскими республиками. Вновь обратить свое внимание на Центральную Азию Вашингтон побуждает и беспрецедентный конфликт США с Пакистаном, разразившийся после того, как Дональд Трамп обвинил Исламабад в невыполнении союзнических обязательств и пособничестве терроризму, а также заморозил программы помощи ему (см. “Ъ” от 11 января). Через Пакистан идет основной транзит грузов для операции США и НАТО в Афганистане. И если этот маршрут будет перекрыт, центральноазиатские страны могут вновь оказаться для США незаменимыми.

До визита Шавката Мирзиеева в Вашингтон в январе этого года официальный визит в США нанес президент Казахстана Нурсултан Назарбаев. А уже в апреле парламент Казахстана ратифицировал протокол о внесении изменений в подписанное в 2010 году двустороннее соглашение, который позволит ВМС США на коммерческой основе использовать порты Курык и Актау на Каспийском море для транспортировки грузов в Афганистан.

Напомним, ранее Россия и центральноазиатские республики (включая Казахстан и Узбекистан) предоставляли свою территорию для транспортировки грузов, предназначенных для контингента США и НАТО в Афганистане (в рамках так называемой Северной распределительной сети). Однако решение казахских властей открыть свои порты для транспортировки создает условия для прокладки нового смешанного маршрута, в ходе которого будет использована как сухопутная, так и морская инфраструктура.

В заключении комитета Сената парламента Казахстана по международным отношениям, обороне и безопасности прямо сказано, что этот дополнительный маршрут понадобился в связи с проблемами, возникшими с основным транзитным путем: «Основной маршрут материального обеспечения контингента в Афганистане проходит через Пакистан, однако в связи с военно-политической нестабильностью и существующими разногласиями в двусторонних отношениях американской стороной прорабатывается альтернативный маршрут с территории Азербайджана через Каспийское море на Казахстан (порты Актау и Курык) и далее железнодорожным транспортом на Узбекистан и Афганистан».

«Еще полгода назад Центральная Азия выглядела забытым регионом для США. Однако с тех пор ситуация резко изменилась»,— пояснил “Ъ” директор проекта по азиатской безопасности ПИР-Центра Вадим Козюлин. По словам эксперта, новым общим делом для США и бывших советских республик становится создание еще одного транзитного пути в Афганистан. «Это маршрут недешевый и технически сложный, но ставший возможным после того, как Казахстан, к удивлению своих соседей, открыл США доступ к своим портам»,— говорит Вадим Козюлин.

«Активизация американской политики в Центральной Азии помимо создания дополнительного пути афганского транзита преследует еще одну, далеко идущую цель. Это игра не только против России, но и против Китая»,— пояснил “Ъ” гендиректор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов, по мнению которого «действия США можно считать реакцией на расширение Шанхайской организации сотрудничества (ШОС.— “Ъ”), которая пытается выйти за рамки региона».

Опрошенные “Ъ” эксперты в Ташкенте и Астане по-своему расставляют акценты. «Лучший способ играть в большую игру — это в нее не играть. Сближение Ташкента и Вашингтона — это не балансирование между великими державами, а проявление независимой внешней политики, к которой стремятся не только Узбекистан, но и другие среднеазиатские государства»,— пояснил “Ъ” директор узбекского негосударственного исследовательского учреждения «Билим карвони» Фарход Толипов.

Директор базирующейся в Астане консалтинговой компании «Группа оценки рисков» Досым Сатпаев высказывается более резко. «Узбекистан перестает видеть в России прежнего игрока: сказываются и фактор санкций, и общая нестабильность российской экономики. Кроме того, Ташкент беспокоит, что Россия отдает предпочтение геополитическим соображениям, а не экономическому прагматизму. Такие же настроения и в Казахстане»,— отмечает он.

Собеседник “Ъ” в госструктурах РФ между тем говорит, что в Москве «спокойно» относятся к визиту президента Узбекистана в США. «С точки зрения Ташкента, такая поездка полезна для восстановления отношений с Вашингтоном. При этом узбекская сторона понимает, что США остались в Афганистане неслучайно, что позволяет им деструктивно влиять на обстановку в регионе»,— убежден собеседник “Ъ”. По его словам, рассуждая об угрозе терроризма, США «пытаются под шумок создавать проблемы России, Китаю и Ирану».                  «В экономическом плане американский инвестор еще долго будет присматриваться к Центральной Азии. В отличие от российских и китайских компаний, ему требуются почти стерильные условия и высокий платежеспособный спрос, с которыми в регионе есть проблемы. Более того, развивая экономическое сотрудничество с Узбекистаном, США рассчитывают на уступки в военной сфере и области безопасности, что лишь усилит уязвимость партнеров США,— продолжает собеседник “Ъ”. И добавляет: — Узбекская дипломатия не настолько наивна, чтобы не видеть этих рисков».

Коммерсант. 17.05.2018

Читайте также:

Добавить комментарий