Вашингтон и Пекин провели инвентаризацию разногласий

Наталия Портякова


Госсекретарь США Энтони Блинкен в пятницу завершил трехдневный визит в Китай. Одной из главных, открыто декларировавшихся задач американской дипломатии было добиться от Пекина отказа от приписываемого ему содействия России в развитии ее военно-промышленного комплекса. Между тем со стороны Вашингтона было бы наивно надеяться на полное понимание Пекина по этому вопросу, равно как и на решение других острых проблем в двусторонних отношениях. Более того, приветственное обращение главы МИД Китая Ван И в адрес господина Блинкена больше походило на жесткую отповедь. Впрочем, на фоне целого ряда антикитайских мер, которые США как будто специально приурочили к визиту госсекретаря, такой итог был вполне ожидаем.

Холодный душ по-пекински

В преддверие визита Энтони Блинкена в КНР 24–26 апреля из Вашингтона то и дело звучали заявления по поводу того, что возмущает американскую сторону в поведении Китая и как США намерены с этим бороться. Но к началу очной встречи в Пекине госсекретаря США с его китайским коллегой Ван И в пятницу утром стороны, казалось, поменялись ролями.

«Отношения между Китаем и США начинают стабилизироваться. Но в то же время негативные факторы в отношениях все еще усиливаются»,— заявил господин Ван, открывая переговоры в резиденции Дяоюйтай. И тут же перешел к обвинениям. «Законные права Китая на развитие необоснованно подавляются, и наши основные интересы сталкиваются с проблемами. Соединенные Штаты не должны вмешиваться во внутренние дела Китая, подавлять развитие Китая и переступать красные линии, когда речь идет о суверенитете, безопасности и интересах развития Китая»,— решительно заявил Ван И в качестве вступления.

Госсекретарь ответил примирительно. Сказав, что «дипломатия лицом к лицу незаменима», он заметил, что две страны должны как можно «яснее говорить о тех областях, где есть разногласия — по крайней мере, чтобы избежать недопонимания и просчетов». И пообещав быть на начинающихся переговорах с китайским визави «очень четким, очень прямым», выразил вместе с тем надежду на успех переговоров. «Мы добьемся определенного прогресса в вопросах, о которых договорились наши президенты»,— пообещал он.

Пять с половиной часов спустя — именно столько заняли переговоры глав дипломатических ведомств — господин Блинкен отметил, что разговор с Ван И вышел «обстоятельным и конструктивным».

«Госсекретарь обсудил озабоченность по поводу поддержки КНР российской оборонно-промышленной базы»,— сообщил о встрече официальный представитель Госдепартамента США Мэттью Миллер, добавив, что стороны также обсудили Тайвань, Южно-Китайское море и другие спорные вопросы.

В другие детали стороны вдаваться не стали. Отчасти потому, что порадовать публику, видимо, было нечем, а отчасти и по той причине, что сразу после разговора с Ван И Энтони Блинкена ждала еще встреча с министром общественной безопасности Китая Ван Сяохуном (с ним планировалось обсудить вопрос борьбы с наркотиками) и затем краткая беседа с председателем КНР Си Цзиньпином.

Приветствие товарища Си оказалось куда мягче, нежели то, каким господина Блинкена встретил Ван И. «Обе страны должны быть партнерами, а не соперниками»,— заявил председатель КНР американскому гостю, добавив, что у сторон «есть еще ряд вопросов, которые необходимо решить, и еще есть простор для дальнейших усилий». «Мы надеемся, что США также смогут позитивно оценить развитие Китая… Когда эта фундаментальная проблема будет решена... отношения действительно смогут стабилизироваться, улучшиться и двигаться вперед»,— выразил настрой на лучшее Си Цзиньпин.

Как США и Китай дошли до жизни такой

С момента анонса визита Энтони Блинкена в Китай, второго менее чем за год, не появилось, похоже, ни одного оптимистичного комментария по поводу предстоящего события. «Остается много враждебности, в основном подпитываемой приверженностью Вашингтона к мышлению с нулевой суммой (то есть не приносящей выгоду никому.— “Ъ”) и представлением Китая как угрозы»,— отметило, в частности, информагентство «Синьхуа». «Китай не возлагает больших надежд на визит Блинкена»,— вторило ему издание Global Times в соцсети X во вторник. И нельзя сказать, что у такого настроя не было оснований.

С одной стороны, после таких кризисов, как визит на Тайвань тогдашнего спикера Палаты представителей Нэнси Пелоси в августе 2022 года и сбитого в феврале 2023 года китайского разведывательного аэростата (по версии Пекина, это был метеорологический зонд), двусторонние отношения США и Китая, казалось бы, стабилизировались. Первым признаком этого стало первое очное общение в ноябре прошлого года в Сан-Франциско Джо Байдена и Си Цзиньпина, по итогам которого они договорились держать каналы связи на высшем и высоком уровнях открытыми (визит Энтони Блинкена, собственно, и стал одним из практических воплощений этой договоренности), а также прилагать усилия к тому, чтобы конкуренция между двумя ведущими экономиками мира не выходила за рамки «управляемости».

С другой стороны, с тех пор разногласий стало лишь больше. Например, Вашингтон ввел меры контроля за экспортом в Китай высокотехнологичных товаров, которые могут иметь военное назначение, ограничил американские инвестиции в некоторые высокотехнологичные отрасли Китая и предпринимал другие недружественные действия, мотивируя их соображениями национальной безопасности, что Пекин трактовал как попытку подавить его технологическое развитие.

Один же из главных раздражителей был «активирован» Вашингтоном как раз в тот момент, когда самолет с господином Блинкеном приземлялся в среду в Шанхае.

24 апреля президент Байден подписал законопроект, предполагающий в числе прочего выделение финансовой помощи Тайваню (в частности, Тайбэю были обещаны поставки военной техники на сумму $1,9 млрд). «Это посылает неверный сигнал сепаратистским силам, борющимся за независимость Тайваня, и мы решительно выступаем против этого»,— отреагировали на это в китайском Управлении по делам Тайваня.

С предсказуемым осуждением в Пекине встретили и одобрение главой Белого дома в тот же день законопроекта о запрете социальной медиаплатформы TikTok, если китайская материнская компания ByteDance не продаст ее в американские руки в ближайшие девять месяцев. «Увидел хорошее у других, найду способ заполучить это для себя. Это абсолютно грабительская логика»,— отозвался о действиях американцев еще в марте официальный представитель МИД КНР Ван Вэньбинь.

А за два дня до старта визита господина Блинкена в КНР Госдепартамент США выпустил свой ежегодный доклад о соблюдении прав человека в странах мира, где Китай вновь обвинили в «геноциде и других нарушениях прав человека в отношении уйгуров». В Пекине такие обвинения назвали отражением «политической лжи и идеологической предвзятости».

Наконец, еще одной существенной «занозой» в отношениях Китая и США стали уже упомянутые обвинения Пекина в поддержке России в конфликте на Украине вкупе с угрозами принять меры против китайских компаний, которые, по мнению Вашингтона, помогают перевооружать и снабжать российскую оборонную промышленность.

Попытка отговорить китайскую сторону от содействия Москве была объявлена чуть ли не главной задачей приезда Энтони Блинкена в Китай.

Впрочем, вряд ли из этого что-то получилось. В Пекине уже не раз заявляли, что украинский вопрос не должен становиться проблемой между Пекином и Вашингтоном, рекомендуя американцам «не дискредитировать нормальные отношения между Китаем и Россией или провоцировать блоковую конфронтацию, а тем более клеветать и делать Китай козлом отпущения».

Уверенность в том, что Китай не прогнется под «беспардонным и безоглядным прессингом» США, на этой неделе, к слову, выразили и в Москве. Как заявил агентству ТАСС замглавы МИД РФ Сергей Рябков, «Вашингтон ищет способы, как эффективнее и сильнее расшатать российско-китайскую связку», но «в Пекине все это хорошо понимают и не станут даже имитировать готовность договариваться с американцами в ущерб российским интересам».

Коммерсантъ. 26.04.2024

Читайте также: