Бочки на выданье: эксперты ждут роста цен на энергоресурсы РФ и увеличения доходов бюджета
Ирина Кезик
Кризис на Ближнем Востоке может благоприятно отразиться на нефтегазовых доходах России. Такого мнения придерживаются отраслевые эксперты, оценивая последствия войны в Персидском заливе. Цены на нефть в понедельник выросли на 6,29%, на газ — на 34%. Это не предел, считают аналитики, отмечая эскалацию конфликта. В случае сокращения поставок сырья из Ирана в Китай, на долю которого приходится 80–90% всего экспорта исламской республики, объем экспорта из РФ в КНР в краткосрочной перспективе может увеличиться на 300–500 тыс. баррелей в сутки. Если котировки нефти закрепятся выше $100 за баррель, то даже с учетом нынешнего дисконта цена Urals на уровне $70 будет крайне выгодной как для российских компаний, так и для бюджета. О том, какие последствия кризис может иметь для отечественных нефтегаза и бюджета — в материале «Известий».
Как отреагировали энергорынки на конфликт в Персидском заливе
Стоимость мировых энергоресурсов, реагируя на конфликт в Персидском заливе, отреагировала годовыми максимумами. Цена майских фьючерсов североморской Brent на лондонской бирже ICE Futures выросла на 6,29%, до $77,46 за баррель, а на апрельские фьючерсы на природный газ на хабе TTF в Нидерландах увеличилась на 34,04%, до $520,81 за 1 тыс. куб. м на закрытии торгов.
Накануне эксперты ожидали большего скачка цен на нефть, вплоть до $100 за баррель, отмечая атаки на танкеры в Ормузском проливе. Но рынок показал достаточно сдержанное движение вверх, так как инвесторы посчитали, что пока нефтегазовая инфраструктура не была сильно повреждена авиаударами.
По словам ведущего эксперта Фонда национальной энергетической безопасности и Финансового университета Станислава Митраховича, ко 2 марта нефтяная инфраструктура региона в большей своей части находилась «за пределами конфликта».
— Эпизоды, которые обсуждали на выходных мировые медиа — атаки на отдельные суда, вышки и нефтеперерабатывающий завод в Саудовской Аравии — носили локальный характер и не были масштабными, — отметил эксперт в разговоре с «Известиями».
Что касается газовых котировок, то их стремительный рост обусловлен тем, что катарский СПГ, поставляемый в Европу, может транспортироваться только через Ормузский пролив, движение судов по которому сейчас фактически остановлено, добавил он.
По словам портфельного управляющего УК «Альфа-Капитал» Дмитрия Скрябина, газовый рынок по сравнению с нефтью более подвержен рискам, учитывая значительное влияние поставок Катара — третьего в мире экспортера СПГ с объемами более 120 млрд куб. м в год.
— Поставки из Катара обеспечиваются через Ормузский пролив, что делает их крайне уязвимыми к ситуации в регионе. Цены на газ в европейском хабе уже отреагировали ростом более чем на 20%, — сказал аналитик.
Более того, государственная нефтегазовая компания Qatar Energy объявила о приостановке производства СПГ и сопутствующих продуктов в связи с воздушными ударами Ирана.
Сможет ли Россия увеличить поставки своих энергоресурсов
2 марта атаки на нефтегазовую инфраструктуру продолжились. Государственный нефтяной гигант Саудовской Аравии Aramco приостановил работу своего нефтеперерабатывающего завода в Рас-Таннуре после удара беспилотников.
Если конфликт будет носить затяжной характер и атаки по НПЗ будут продолжены, а движение по Ормузскому проливу не станет безопасным, крупнейшие ближневосточные экспортеры нефти будут вынуждены остановить добычу, полагает управляющий партнер компании «ВМТ Консалт» Екатерина Косарева.
— Им придется это сделать, поскольку страны имеют достаточно ограниченные мощности хранения нефти. Ее попросту некуда будет девать, — отметила она.
В случае эскалации конфликта Россия сможет нарастить поставки своих энергоресурсов, считают эксперты, в то же время отмечая ограниченные возможности отечественного нефтегаза. Это связано, по словам аналитиков, с инфраструктурными возможностями и обязательствами перед ОПЕК+.
По словам доцента Финансового университета при правительстве РФ Валерия Андрианова, речь идет об увеличении прокачки газа в Турцию.
— Эта страна получала газ из Ирана — около 7–10 млрд куб. м в год, и вероятное прекращение этих поставок может быть компенсировано либо увеличением закупок СПГ в США, либо за счет наращивания прокачки газа из России. Первый вариант может оказаться весьма затратным, поскольку цена СПГ на ключевых рынках может возрасти (ведь один из его ведущих производителей и экспортеров — Катар — находится в зоне конфликта). Поэтому Турция, скорее всего, сделает ставку на Россию, — сказал эксперт.
Он отметил, что технические возможности для этого есть. Суммарная мощность газопроводов «Турецкий поток» (31,5 млрд куб. м) и «Голубой поток» (16 млрд куб. м) составляет 47,5 млрд куб. м в год. В 2024–2025-м они были загружены лишь частично (около 21–22 млрд куб. м), что оставляет значительный запас для оперативного увеличения прокачки.
Что касается нефти, то, по словам Валерия Андрианова, в случае сбоев поставок в Китай и другие страны АТР одним из вариантов замещения выпадающих объемов может стать Россия. Она и без того в последнее время заметно нарастила экспорт в КНР на фоне усиливающегося давления США на Индию с целью побудить Нью-Дели отказаться от закупок российского сырья.
Объем поставок из РФ в КНР в краткосрочной перспективе может увеличиться на 300–500 тыс. баррелей в сутки по сравнению с нынешнем уровнем, считает эксперт.
Как ранее сообщал Bloomberg со ссылкой на свои источники, с начала февраля поставки российского сырья в морские порты КНР выросли до 2 млн баррелей в сутки. В январе показатель находился на уровне 1,7 млн баррелей, а в декабре — 1,4 млн.
По мнению эксперта, ситуация в Персидском заливе ведет к взрывному росту стоимости фрахта танкеров, а значит, транспортная составляющая будет съедать часть дополнительной выручки, образующейся за счет повышения мировых цен на нефть. Также, по словам Валерия Андрианова, у России нет возможности увеличить объемы своего экспорта в целом вследствие действия квот ОПЕК+.
Ждать ли снижения дисконта и роста доходов бюджета
Эксперты сходятся во мнении, что российский бюджет в случае затяжного характера противостояния на Ближнем Востоке может рассчитывать на увеличение нефтегазовых доходов.
По словам Дмитрия Скрябина, таковым можно считать конфликт продолжительностью более двух месяцев, сопровождающийся серьезными разрушениями инфраструктуры, а также возможным перекрытием проливов и эскалацией рисков для поставок в Красном море. Такой сценарий, по его оценке, способен закрепить цену нефти выше $100 за баррель.
— Российский дисконт, вероятно, сократится, но при этом даже $70 за баррель Urals остаются крайне выгодным уровнем для компаний, — полагает собеседник.
По данным «НААНС-МЕДИА», размер дисконта на российскую Urals (порт Приморск) в ноябре 2025 года составлял $14,3 за баррель, в декабре — $27,4 за тот же объем. В январе 2026 года скидка составила уже $29,8, а в феврале — $30,7 за баррель.
По словам генерального директора «Независимого аналитического агентства нефтегазового сектора» Тамары Сафоновой, дисконт на российскую нефть может снизиться рыночным способом, если возникнет дефицит сырья на мировом рынке в результате эскалации конфликта.
К тому же грузоотправители российской нефти в основном не используют Ормузский пролив, исключение составляли ранее небольшие партии, направляемые из России в Ближневосточный регион, добавила она. Например, по ее словам, в январе 2026 года основными импортерами российской нефти из портов Приморск, Усть-Луга и Новороссийск стали Египет, Турция, Индия, Китай, Сингапур, Грузия.
Кроме того, Bloomberg со ссылкой на свои источники сообщил, что Индия намерена нарастить поставки российской нефти, которые за последний месяц достигли минимума с 2022 года. Проблема с ними возникла из-за начала боевых действий на Ближнем Востоке. Половина нефтяных поставок в Индию шла из арабских стран через Ормузский пролив, однако сейчас из-за обстрелов этот маршрут оказался под угрозой. Российские же танкеры способны без проблем достигнуть берегов Индии.
По мнению Екатерины Косаревой, в этих условиях Китай и Индия поборются за российские объемы нефти, что окажет положительное влияние на снижение дисконта. Отечественный нефтегаз выиграет от этой конкурентной борьбы как в снижении дисконта, так и в увеличении доходов бюджета. При этом оценить масштаб эффекта пока сложно — многое будет зависеть от дальнейшего развития событий, заключила аналитик.
Известия. 03.03.2026
