Россия в Большой Евразии

Мария Грибова

Вдоль наших границ разворачивается борьба за Большую Евразию. Современное постсоветское пространство — территория усиливающейся геополитической конкуренции. Задача России — сохранить свою ключевую роль в евразийских интеграционных процессах, остаться лидером для стран региона, способствовать формированию архитектуры доверия между ними. Наконец, защитить свои национальные интересы в ближнем зарубежье. Какие вызовы им угрожают и как им противостоять, экспертное сообщество обсуждало на круглом столе «Россия в Большой Евразии: риски и перспективы», состоявшемся в Москве 17 февраля. Его организовали философский клуб «Цивилизационное будущее России» и информационно-консалтинговый центр «Аксон». Дискуссия объединила более 40 ведущих политологов и экспертов по международным отношениям из разных регионов России. «Ъ-Наука» приводит ключевые тезисы из их выступлений.

Пространство вызова

Россия сталкивается с нарастающим комплексом вызовов своим национальным интересам в евразийском пространстве. Сегодня оно «остается одним из ключевых направлений геополитической конкуренции: здесь пересекаются интересы России, Китая, США, Евросоюза, Турции и других игроков», отметил исполнительный директор информационно-консалтингового центра «Аксон» Олег Нуждин, задавая рамку дискуссии. Он акцентировал: геополитическая конкуренция в Большой Евразии носит долгосрочный и структурный характер. В этих условиях давление на позиции России не является временным явлением, а представляет собой устойчивую конфигурацию международной среды. Отсюда следует логика постоянной адаптации стратегий — от гуманитарной политики до институциональной интеграции — как ответа на сохраняющиеся и усложняющиеся вызовы.

Развивая постулат о непреходящем давлении на нашу страну, заместитель декана исторического факультета МГУ, эксперт Философского клуба Дмитрий Андреев коснулся темы России после СВО. Он постулировал необходимость найти возможности для сохранения и развития всех позитивных изменений, которые были произведены за последние четыре года: «Я прежде всего имею в виду состояние общества, его взгляды, его мысли, его ощущения, его самоощущения, его некие геополитические видения. И над этим надо бы работать уже сегодня».

В докладе «После СВО: угрозы российских геополитических иллюзий» Андреев подчеркнул, что необходима выработка гибкого, многоуровневого, многоцелевого подхода российской политики в отношении стран постсоветского пространства и функцию эту на себя необходимо взять экспертному сообществу.

Битва архитекторов евразийского будущего

Экспертная дискуссия трактует Большую Евразию не как географическое пространство, а как поле соперничества моделей развития и интеграции, конкуренции цивилизационных проектов, подчеркнул профессор Казанского инновационного университета им. В. Г. Тимирясова, эксперт Философского клуба Олег Агапов. Согласно его выводам, у каждого центра силы в регионе есть свои цивилизационные проекты. Россия в этом противостоянии претендует на лидерскую роль, однако такое лидерство определяется не только экономическими или военными ресурсами, но и способностью формировать цивилизационную повестку, инфраструктуру связности и гуманитарную архитектуру региона.

«Если мы не формируем эту совместность, то это вместо нас будут делать другие государства-цивилизации или государства-прокси, например, под “зонтиком” Запада»,— предостерег Олег Агапов. Он напомнил, что Россия — носитель собственной интеграционной традиции, которую необходимо институционально и интеллектуально поддерживать: «Сегодня идет конкуренция цивилизационных проектов, и наша задача — быть в академическом тонусе, учиться и поддерживать российскую традицию интеграции Большой Евразии. Сегодня место и роль России — быть цивилизационным “архитектором совместности” ради будущего».

Общий язык и история

Борьба за влияние в Евразии разворачивается не только в политике и экономике, но и в сфере смыслов, коммуникаций и цифровых технологий, отметил доцент Ташкентского филиала РЭУ им. Г. В. Плеханова Равшан Назаров. Согласно его выводам, технологическое развитие сегодня напрямую связано с идеологическим и культурным позиционированием: технологии и новые медиа становятся ключевым инструментом формирования будущего и продвижения смыслов. В такой ситуации необходимыми условиями стратегического присутствия России в долгосрочной перспективе представляются создание нового медиаобраза Евразии, выработка этики работы с данными, формирование общего языка будущего.

В качестве базового механизма долгосрочного влияния России в Евразии рассматривается формирование общей исторической рамки, подчеркнул директор Центра изучения политических трансформаций БГУ им. Д. Банзарова Алексей Михалев. Он предложил создать евразийскую ассоциацию исторической науки, «которая позволит формировать непротиворечивые взгляды и поддерживать не сфальсифицированную, не переинтерпретированную, а общую историю России и стран Центральной Азии».

По его словам, речь идет не просто о научной кооперации, а о создании институциональной платформы, которая синхронизирует историческую память и снизит конфликтность интерпретаций прошлого в Евразии. Такая евразийская историческая политика важна в качестве инструмента интеграции и легитимации: работая на уровне идентичности, она поддержит интеграционные процессы.

Также Алексей Михалев затронул вопросы исторической памяти. Он обратил внимание, что с прекращением существования СССР распался «большой метаисторический нарратив» и на сегодняшний день в Центральной Азии не существует «мемориального консенсуса». В связи с этим эксперт поднял вопрос о поиске нарративов помимо темы Великой Отечественной войны, которые могут объединять евразийские народы.

ИИ и «фолк-хистори» как инструменты борьбы за исторические смыслы

Технологический перелом меняет сам механизм формирования знаний и влияния, обратил внимание эксперт Общественной палаты РФ, член общественного совета при ФАДН и экспертного совета Института экономики РАН Николай Григорьев. Экспертная оценка указывает на скорую смену источников авторитета: интерпретация прошлого и настоящего будет все больше зависеть от цифровых систем обработки знаний. В этой логике борьба за нарративы переносится в технологическую среду, где скорость адаптации становится критическим фактором геополитической субъектности.

«Пока мы будем собирать комиссии, пять лет обсуждать это все на экспертном уровне, будет происходить научно-техническая революция, очередной ее этап. Через три года все поголовно спрашивать будут уже не у историков, а у искусственного интеллекта — и никакие учебники не будут работать, понимаете? Я думаю, что к 2030 году мы пройдем этот парадигмальный фазовый переход, мир изменится радикально. Мы говорим, как будто у нас впереди вечность, а у нас е нет. Впереди стенка»,— констатировал Николай Григорьев.

Исторические смыслы распространяются через культурные и массовые формы, а не только через науку, подчеркнул эксперт Философского клуба, старший научный сотрудник философского факультета МГУ Александр Сегал. Он напомнил, что конкуренция интерпретаций прошлого происходит на уровне массового сознания, где ключевую роль играют художественные и популярные форматы. При этом влияние достигается тогда, когда интерпретация становится частью повседневной культурной среды и воспроизводится «снизу».

Языковое влияние как инструмент цивилизационного лидерства

Самым эффективным инструментом в долгосрочной перспективе для формирования лояльных элит остается образование, констатировал старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Виктор Надеин-Раевский. Он подчеркнул: практика внешних игроков демонстрирует, что инвестиции в образовательную инфраструктуру создают устойчивые сети влияния. Подготовка кадров за рубежом формирует ценностные и институциональные связи, которые затем воспроизводятся в политике и управлении.

Эксперт отметил, что иностранные государства обращаются к проектам в сфере образования в попытках формировать сторонников своей картины мира на постсоветском пространстве. В частности, в таком направлении работает и Турция.

Необходимо больше конкретных образовательных проектов, которые смогут притянуть интерес Евразии к России, подчеркнул главный редактор журнала «Тетради по консерватизму», заместитель председателя экспертного совета ИСЭПИ Родион Михайлов. «Пока русский язык там жив, мы можем представлять образовательные возможности и тем самым формировать будущую элиту тех государств и стран», чтобы они несли не антироссийскую повестку, а были нашими партнерами и союзниками, отметил он.

Согласно его выводам, через образовательную мобильность русский язык остается каналом стратегического влияния. Сохранение языкового пространства обеспечивает возможность формирования элитных связей и институциональной зависимости через образовательные проекты. В этом смысле, по мнению Михайлова, язык выступает не только культурным, но и политико-стратегическим ресурсом.

Пространством языкового и культурного влияния становятся цифровые экосистемы, констатировал эксперт Философского клуба, доцент философского факультета МГУ им. М. В. Ломоносова Сергей Спартак. По его словам, язык закрепляется там, где формируется привычная цифровая среда коммуникации и действия: «Цифровой эффект погружения, когда экосистема становится понятной и привычной средой, в которой в том числе русский язык становится самым простым языком действия, складывается из трех слоев. Это и платформы, и инфраструктура, и, собственно, само содержание». Так контроль над платформами, инфраструктурой и контентом превращается в инструмент культурного присутствия и повседневной практики взаимодействия.

Стратегия интеграции

России отведена ключевая роль в евразийских интеграционных процессах и формировании архитектуры доверия между странами континента. Такое предназначение обретает особую важность в условиях трансформации международных отношений на постсоветском пространстве. Она характеризуется усилением идеологической и институциональной конкуренции, сменой баланса внешних игроков и контуров формирующихся коалиций. Ответом на эти вызовы служит евразийская интеграция, и в поиске путей ее достижения значимы междисциплинарный диалог и долгосрочное исследовательское сотрудничество, подчеркнул генеральный директор Центра гуманитарных технологий «Новая эра» Александр Шабалтин.

Особого внимания заслуживает влияние наднациональных форматов, таких как Организация тюркских государств (ОТГ). В условиях ее растущей активности России необходимо более четко артикулировать идеологическую составляющую своего присутствия в соседних странах, подчеркнула эксперт ИКЦ «Аксон» Лия Фаррахова, чей доклад был посвящен рискам, которые развитие ОТГ несет для России.

По итогам дискуссии участники круглого стола сошлись во мнении, что эффективная стратегия России в пространстве Большой Евразии требует комплексного подхода: он должен сочетать культурно-гуманитарное взаимодействие, научное сотрудничество, образовательные проекты и обмены, работу с цифровой средой, развитие устойчивых механизмов региональной связности. Все это должно стать инструментами долгосрочной интеграции и формированию доверия в Большой Евразии.

Коммерсантъ. 25.02.2026