Юго-Восточный вектор ЕАЭС

Сергей Маргулис

Последовательный курс на углубление кооперации ЕАЭС с отдельными странами — членами АСЕАН неизбежно ставит вопрос о необходимости налаживания комплексного взаимодействия на уровне двух интеграционных объединений. Для ЕАЭС это не только открывает дополнительные возможности по расширению торгового взаимодействия со странами — участницами АСЕАН, но и может придать дополнительный импульс ходу переговоров с отдельными членами о формировании ЗСТ или отдельных элементов режима преференциальной торговли. При относительной «молодости» евразийского интеграционного проекта налаживание институционального взаимодействия с ведущей интеграционной группировкой Юго-Восточной Азии, в том числе в контексте возможного формирования ЗСТ, — это прекрасная возможность обогатиться опытом развития подобного рода объединений с учётом «восточных» торгово-экономических и правовых практик, что представляется особенно актуальным в контексте расширения взаимодействия РФ с азиатскими странами.

Важность и перспективность сотрудничества с указанным регионом регулярно отмечается представителями отечественного экспертного сообщества. В частности, по мнению доктора исторических наук, профессора НИУ ВШЭ Евгения Канаева, «установление привилегированных отношений с АСЕАН значимо как с точки зрения повышения привлекательности проекта евразийской интеграции, так и в контексте формирования Большого евразийского партнерства (БЕП)». Эксперт указывает на то, что «для ЕАЭС как молодого международного актора сотрудничество со столь опытным игроком, как АСЕАН, позволит “обкатать” институциональные и нормативно-правовые механизмы и практики многостороннего взаимодействия», кроме того, он подчеркивает полезность такого сотрудничества не только для обеих группировок, но и их отдельных стран-членов. На выгоды для России от углубления сотрудничества с АСЕАН обращала внимание профессор МГИМО Лариса Ефимова, которая считает, что для нашего государства расширение кооперации на данном направлении важно в контексте развития Дальнего Востока, а также с точки зрения диверсификации «восточного вектора» внешней политики, позволяющего не замыкаться исключительно на сотрудничестве с КНР в рамках Азиатско-Тихоокеанского региона.

Эксперты также отмечают перспективность развития зон свободной торговли с некоторыми странами АСЕАН. В настоящий момент соглашения о ЗСТ ЕАЭС имеет с двумя странами — членами АСЕАН Вьетнамом и Сингапуром. Министр торговли ЕЭК (до 2020 года) Вероника Никишина летом прошлого года заявляла, что товарооборот с Вьетнамом за период действия соглашения вырос на 40% и существенно расширилась линейка экспортируемых в эту страну товаров.

В то же время очевидно, что потенциал сотрудничества ЕАЭС как с региональной группировкой АСЕАН в целом, так и с его отдельными членами на текущий момент реализован далеко не в полной мере. В интервью СОНАР-2050 преподаватель кафедры международной политики и зарубежного регионоведения ИОН РАНХиГС Роман Файншмидт отметил, что «у сторон нет четкого понимания того, как и в каком направлении должны развиваться двусторонние отношения», а также «тщательно не проработан вопрос создания ЗСТ между ЕАЭС и АСЕАН». Кроме того, исследователь обратил внимание на тот факт, что «активность АСЕАН ориентирована в большей степени в сторону концепции Индо-Тихоокеанского региона, продвигаемой США и их союзниками». Важным фактором является также и то, что создание ЗСТ со странами АСЕАН может нести определенные экономические риски для стран ЕАЭС и его потенциальных участников. Уже сейчас Узбекистан, являющийся наиболее вероятным членом интеграционной группировки (сенат республики в мае нынешнего года одобрил получение статуса наблюдателя при ЕАЭС. — Ред.), выражает озабоченность относительно наличия у ЕАЭС соглашения о ЗСТ с Вьетнамом, рассматривая это как угрозу для своей текстильной промышленности.

Таким образом, с целью повышения эффективности взаимодействия как по линии ЕАЭС — АСЕАН, так и между отдельными государствами-участниками необходимо исследование основных проблем и факторов, на них влияющих, а также выявление перспективных направлений сотрудничества, чему и посвящен данный аналитический доклад.

Несмотря на имеющийся прогресс, развитие взаимодействия между двумя интеграционными объединениями во многом продолжает носить фрагментарный характер, не основанный на выработанной сторонами четкой стратегии действий и не оформленный надлежащим образом в договорно-правовом плане. Отсутствие четкой институциональной базы двустороннего взаимодействия и значительная территориальная удаленность препятствуют эффективному налаживанию взаимодействия между бизнес-сообществами АСЕАН и ЕАЭС «снизу», показателем чего является отсутствие широкого перечня реализованных крупных совместных проектов (которые также не инициируются и на высшем уровне, несмотря на громкие заявления о развитии диалога). Сложность «синхронизации» договорного регулирования отношений АСЕАН и ЕАЭС связана с различием международно-правовой природы двух объединений. Если ЕАЭС изначально (в рамках учредительного договора) заявил о себе как о региональной организации экономической интеграции, обладающей наднациональными признаками (ЕЭК, в частности, является именно наднациональным органом Союза), то взаимодействие в рамках АСЕАН, напротив, проходит в первую очередь по межправительственной линии (то есть лишено элемента наднациональности). Наднациональный компонент (при всех его достоинствах) приводит, в частности, к более высокой степени бюрократизации и усложнению механизма принятия и согласования решений в рамках ЕАЭС, что накладывает соответствующий отпечаток и на процесс выстраивания взаимодействия с внешними игроками. Отдельной проблемой является соотношение компетенций, переданных в рамках ЕАЭС на наднациональный уровень и сохраненных за государствами-членами. Так, например, в прерогативу ЕЭК не входит ведение переговоров по вопросам сотрудничества в инвестиционной сфере (регулирование данного аспекта находится в ведении национальных правительств), что снижает эффективность ведения переговоров, в частности по вопросу формирования ЗСТ, и другим аспектам торгово-экономического взаимодействия, в том числе со странами АСЕАН.

С экономической точки зрения кооперация двух интеграций носит ассиметричный характер: страны АСЕАН имеют больший вес во внешнеторговом обороте государств ЕАЭС, чем страны Союза в аналогичном плане у членов Ассоциации. Согласно статданным ЕЭК, в 2018 году удельный вес ЕАЭС в торговле с АСЕАН в целом составлял всего лишь 0,8%, в то время как доля Ассоциации во внешнеторговом обороте евразийской интеграционной группировки превышала 3%. Указанные цифры также говорят о все еще весьма незначительном товарообороте между странами двух объединений (в отличие, к примеру, от товарооборота ЕАЭС с ЕС и Китаем или стран АСЕАН с Китаем и другими государствами АТР). Проблемой для ЕАЭС по-прежнему остается недиверсифицированная структура экспорта в страны АСЕАН: основу экспортных поставок продолжают составлять минеральные ресурсы и иные сырьевые товары (50% от всего объема экспорта за 2018 год, по данным ЕЭК), в то время как у азиатских контрагентов значительная часть экспорта приходится на высокотехнологичную продукцию машиностроения, а также продовольственные товары, которые активно проникают на рынки стран ЕАЭС и в первую очередь России в условиях отсутствия конкуренции с западными товаропроизводителями по причине введенных Москвой контрсанкций.

Сдерживающим фактором углубления двустороннего взаимодействия является также доминирование России в экономике и внешнеэкономических связях Союза. На долю РФ приходится порядка 87% ВВП ЕАЭС и около 84% объема внешней торговли Союза, что естественным образом отражается и на кооперации с внешними игроками, в том числе АСЕАН. Доля России во внешнеторговом обороте со странами Ассоциации доходит до 92% (по данным ЕЭК), в то время как вклад в этот показатель малых экономик Союза (Армении и Киргизии) не превышает 2,5%. Это негативно сказывается не только на возможностях и заинтересованности других членов ЕАЭС в развитии взаимодействия с АСЕАН, но и на восприятии элитами стран, входящих в Ассоциацию, ЕАЭС как полноценной организации региональной экономической интеграции. Бизнес-круги и руководство АСЕАН подчас смотрят на ЕАЭС как на формат «Россия+» и не всегда отделяют вектор развития отношений с данным объединением с российским треком своей деятельности.

Отрицательным аспектом является также тот факт, что для АСЕАН сотрудничество с ЕАЭС не является столь же приоритетным по сравнению с тем, чем оно является для Союза (с учетом внешнеполитической и внешнеэкономической конъюнктуры). Страны-члены Ассоциации сконцентрированы прежде всего на наращивании взаимодействия в рамках АТР, а отношения с территориально удаленным евразийским регионом (несмотря на заявленную заинтересованность в интенсификации внешних связей) выстраиваются во многом «по остаточному принципу». Красноречивой иллюстрацией данного тезиса является отсутствие какого-либо упоминания о подписанных с ЕАЭС соглашений о сотрудничестве (в том числе меморандума между ЕЭК и Секретариатом АСЕАН) в ряде внешнеэкономических документов Ассоциации, посвященных итогам ее деятельности за 2018 год. К таковым можно отнести Обзор экономической интеграции АСЕАН, а также заявление председателя по итогам саммита АСЕАН в Бангкоке в июне 2019 года.


Скачать полную версию исследования можно по ссылке (.pdf).


СОНАР-2050. 14.09.2020

Читайте также:

Добавить комментарий